Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz

Казахстан и Турция: прагматичное братство и братский прагматизм

Казахстан и Турция: прагматичное братство и братский прагматизм

Турция усиливает свое влияние в Центральной Азии. Возможно, статьи с такими заголовками пугают кого-то в Москве, Брюсселе и Вашингтоне. Нас они только радуют. Это не Турция усиливает влияние, это мы вместе с Турцией становимся сильнее.

Мы гордимся успехами друг друга. Лидеры наших государств тепло поздравляют друг друга с днем рождения. Турецкие компании строят на левом берегу красивые и высокие дома, радующие глаз жителей и гостей столицы. Мы скупаем недвижимость в Стамбуле, Аланье и Анталье. Мы любим друг друга и наша любовь взаимна. Мы даем друг другу то, чего нам не хватает. В Турции мало работы, поэтому турки любят приезжать к нам поработать на стройках. У нас мало хороших пляжей, поэтому мы любим отдыхать на турецких курортах. Бывает, что наши рабочие подерутся, но это между братьями случается.

Если серьезно, то турецкая строительная отрасль – одна из лучших в мире, а по соотношению цена-качество, возможно, самая лучшая (анекдот про «миллион тебе, миллион мне, а за миллион турки построят» не на пустом месте появился). 44 турецкие строительные компании были включены в рейтинг ENR’s 2019 Top 250 International Contractors, из них семь компаний вошли в первую сотню крупнейших международных строительных компаний. Компания Renaissance Construction, построившая Talan Towers в Нур-Султане, заняла 33-ю строчку в этом рейтинге. Так что присутствие таких компаний у нас носит взаимовыгодных характер.

Казахстан и Турция — не просто братья. Мы друг у друга первые. Турция была первым государством, которое признало независимость Казахстана в декабре 1991 года. А в августе 2016 года Нурсултан Назарбаев стал первым президентом, посетившим с визитом Турцию после попытки военного переворота 15-16 июля. В октябре 2009 года мы подписали Соглашение о стратегическом партнерстве, а в 2012 году создали Совет стратегического сотрудничества высокого уровня.

История сотрудничества Казахстана и Турции – это история взаимодействия двух геополитических концепций. Турция экономически и политически с всегда была привязана к Европе. Членство в НАТО, хотя и было оформлено в то время, когда экзамен на соответствие демократическим ценностям еще не сдавали, все же к чему-то обязывало, как и членство в Совете Европы, да и курс на вступление в Евросоюз предусматривал форматирование собственных политических институтов по европейским лекалам. Сама Европа долго рассматривала Турцию как поставщика дешевой рабочей силы, само слово «гастарбайтер» возникло в Германии для обозначения в первую очередь турецких рабочих-мигрантов. Позднее, в 90-е годы, между Европой и Турцией был заключен Таможенный союз, и турки, помучившись какое-то время под натиском более качественных европейских товаров, в итоге научились конкурировать с европейцами и сегодня сами захватывают их рынки. Товарооборот ЕС-Турция в прошлом году составил 143 млрд. долларов, сальдо в пользу Анкары. Европа и сегодня остается приоритетным направлением для Турции. Несмотря на различные скандалы, санкции и карикатуры в «Шарли Эбдо», вопрос о вступлении Турции в ЕС с повестки дня не снимается.

Что касается Центральной Азии, то, как мы уже отмечали, в турецкой повестке для нашего региона на первом месте стоят вопросы безопасности, а не экономики. Конечно, на уровне политических деклараций экономическое сотрудничество всегда в приоритете. В 2012 году Казахстан и Турция приняли программу «Новая Синергия», в соответствии с которой планируется довести товарооборот до 10 млрд. долларов, а объем инвестиций ежегодно увеличивать на 500 млн. долларов. С тех пор прошло почти десять лет и «Новая синергия» уже давно не нова, однако намеченных целей не чтобы не удалось достигнуть – мы к ним даже не приблизились.

В предкризисном 2019 году турецкие инвестиции выросли на 20%, но составили лишь 358 млн. долларов. В 2020 году они увеличились еще на 1,3% и составили 362,4 млн. долларов. В целом, неплохо, но до «ежегодно увеличивать на 500 миллионов» пока далеко.

В ходе своего визита в Турцию в марте этого года заместитель премьер-министра – министр иностранных дел Казахстана Мухтар Тлеуберди посетил Стамбул, где встретился с турецкими бизнесменами. Турецкие бизнесмены поделились с ним своими инвестиционными планами в Казахстане, а также попросили новых льгот и преференций для инвесторов, то есть для себя. Мухтар Тлеуберди, со своей стороны, заявил о том, что Казахстан готов оказать всестороннюю поддержку турецким инвесторам. О чем это говорит? В основном о том, что наш МИД отвечает за привлечение иностранных инвестиций и ответственно относится к своим обязанностям. Но возможности турецких компаний имеют свои пределы.

Турецкая экономика во втором квартале этого года показала просто фантастический рост – 27,1% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Отметим, что в прошлом году турецкая экономика выросла на 1,8%, но именно во втором квартале у нее был резкий спад, так что сыграл свою роль эффект низкой базы. Но если смотреть ситуацию за полугодие, то и тогда мы увидим впечатляющий рост — 14,3%. Впрочем, турецкая официальная статистика давно уже вызывает вопросы – наблюдатели отмечают, что в Турции официальные данные по инфляции, экономическому росту и другим ключевым показателям имеют обыкновение почти точно соответствовать прогнозам Эрдогана.

Экономический рост сопровождается высокой инфляцией и ослаблением национальной валюты – турецкой лиры. Но насколько высока инфляция? По официальным данным, в августе ее годовые темпы составили 19,25%, по оценкам независимых экспертов, — 49%. Прямые иностранные инвестиции в Турцию в последнее время снижаются. По данным ЮНКТАД, в 2018 году приток ПИИ составил почти 13 млрд. долларов, в 2019 году – 8,4 миллиарда, а в 2020 году – 7,9 миллиардов долларов.

Стоит отметить, что Турция находится под международными санкциями. Еще в 2019 году буровые работы вблизи Кипра стали причиной санкций со стороны ЕС и Великобритании. Они затрагивают руководство турецкой нефтегазовой корпорации TPAO, а также всех, кто сотрудничает с ней. В марте этого года Евросоюз принял решение отказаться от расширения санкций в отношении TPAO, однако прежние санкции сохранил.

США ввели санкции против Турции в связи с покупкой российского зенитного комплекса С-400. Они касаются вопросов военно-технического сотрудничества (технологии, кредиты и пр.). Наиболее чувствительным американцы считают исключение Турции из программы производства новейших истребителей F-35 (этот проект международный). Эрдоган в ответ стал демонстрировать интерес к российским Су-35 и Су-57.

Третья, хотя, видимо, не последняя причина для санкций – конфликт с Арменией. Конфликт у Азербаджана, но Турция так активно в него вмешалась со своими беспилотниками, что привлекла внимание армянского лобби на Капитолии. Теперь американские конгрессмены требуют введения новых санкций против Анкары.

Товарооборот с Турцией в 2019 году вырос до 3,9 млрд. долларов, но в прошлом году снизился до 3,08 млрд. долларов, что составляет 3,6% от общего объема внешней торговли Казахстана. Для сравнения – торговля с Россией составила 18,77 млрд. долларов, с Китаем – 15,79 миллиардов. В этом году по итогам первых шести месяцев Турция поднялась с шестого на пятое место в списке торговых партнеров Казахстана – 1,8 млрд. долларов. Основная статья нашего экспорта – нефть. По данным Совета по регулированию энергетического рынка Турции (EPDK), Казахстан в ходит в тройку крупнейших поставщиков нефти в Турцию, хотя, как и в случае с объемами товарооборота, существенно отстает от лидеров — Ирака (29% импорта) и России (21%). В 2020 году мы поставили туркам 3,2 млн. тонн (8,3% всего импорта нефти). В дальнейшем поставки, видимо, сохранятся на том же уровне, но с почетного третьего места мы можем сойти – нам буквально в затылок дышат саудиты и норвежцы. Что касается «мягкой силы», то число казахстанских студентов в Турции не превышает одной тысячи человек – в десятки раз меньше, чем России и Китае.

Таким образом, в координатах стратегических интересов Турции Казахстан важен не столько сам по себе, сколько в качестве посредника в отношениях с Россией и Китаем. Эти две страны действительно крайне значимы для Турции в качестве экономических и военно-политических партнеров. С Москвой Анкара координирует свои действия в Сирии, плюс «Турецкий поток» и строительство АЭС плюс российские туристы. Китай спасает турецкую лиру, на поддержку которой в 2019-2020 годах турецкий Центробанк потратил примерно 128 миллиардов долларов. В июне этого года Эрдоган объявил о том, что валютный своп с Китаем будет увеличен с 2,4 млрд. долларов до 6 млрд. Кроме того, Турция использовала китайскую вакцину от коронавируса.

При этом, в отличие от США и Европы, двух других стратегических партнеров Турции, в отношениях с Москвой и Пекином у Анкары нет институциональной базы в лице НАТО и Совета Европы, на которую можно было бы опереться. Членство в ЕАЭС и ШОС в обозримом будущем представляется маловероятным. Поэтому Анкаре приходится быть предельно осторожным и на российском, и на китайском направлении.

В преддверии президентских и парламентских выборов, которые назначены на 2023 год, но могут пройти досрочно (братья, что тут скажешь), Реджеп Тайин Эрдоган вынужден выстраивать свою внешнюю политику с оглядкой на своего избирателя. Оппозиция (такие же исламисты и пантюркисты, если что) требует защитить уйгуров, томящихся в лагерях Синьцзяна, и крымских татар, страдающих под гнетом Москвы. Каждую сделку Анкары с Москвой и Пекином она сопровождает криками: предатель! А угнетаемые меньшинства в современном мире имеют намного больше прав и ресурсов, чем угнетатели. Поэтому Турция и в «Крымской платформе» присутствует, и на действия России в Сирии порой обижается, и озабоченность судьбой уйгуров в СУАР выражает. Но без фанатизма, чтобы не поссориться. И тут Казахстан, конечно, может помочь. Достаточно вспомнить, что летом 2016 года именно Нурсултан Назарбаев многое сделал для того, чтобы помирить Москву и Анкару. В целом, внешняя политика Эрдогана очень прагматична. Применительно к Казахстану это братский прагматизм.

Зарубежные аналитики любят рассуждать о том, что Турция в Центральной Азии вторгается в зону российских интересов и пытается перетянуть страны этого региона на свою сторону. Может быть, со стороны виднее, но для Казахстана центральноазиатский, тюркский и евразийский проекты не заменяют друг друга, а дополняют. И казахстанская внешняя политика не менее прагматична, чем турецкая. Достаточно вспомнить, что в 2013 году Нурсултан Назарбаев предлагал принять в Таможенный Союз Турцию, а совсем недавно он выступил за прием в ЕАЭС Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана.

Именно Нурсултан Назарбаев продвигает идею о преобразовании Тюркского совета из форума в полноценную международную организацию. На последнем саммите ССТГ он предложил принять документ «Тюркское видение – 2040». При этом Елбасы видит Тюркский совет субъектом международных отношений. Он призвал лидеров тюркских государств в сложившейся непростой международной ситуации поддержать его инициативу по началу масштабных переговоров между Вашингтоном, Москвой, Пекином и Брюсселем.

Визит Нурсултана Назарбаева в Стамбул в апреле 2016 года состоялся накануне 13-го Исламского саммита. И в ходе встречи президенты Казахстана и Турции приняли обращенную к участникам саммита Совместную декларацию по исламскому примирению, которая содержала видение Организации исламского сотрудничества как важного международного игрока. Лидеры Казахстана и Турции призвали ОИС к выработке новой парадигмы отношений в исламском мире путем демонстрации доброй воли и конструктивного подхода в вопросах межгосударственных отношений и урегулировании конфликтов и споров.

Внешнеполитические установки Елбасы сегодня использует Президент Касым-Жомарт Токаев. Так, на мартовском видео-саммите Тюркского совета Глава государства призвал ускорить работу по созданию финансового института тюркоязычных государств — Тюркского инвестиционно-интеграционного фонда. Со штаб-квартирой, естественно, в Международном финансовом центре «Астана», который соединяет английское право и исламский банкинг.

Может даже сложиться впечатление, что сам Тюркский совет со всеми его парламентскими и культурными структурами создавался главным образом для того, чтобы институционально оформить тюркский мир, а затем объявить Туркестан духовной столицей этого мира, а МФЦА – его финансовой площадкой.

Конечно, это впечатление обманчиво. И Тюркский совет, и казахстанско-турецкие отношения основаны на дружбе. Братской, но прагматичной.

18:25
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Здесь будет ваша реклама
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.