Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz

Они окружают президентов. Часть 2. Силовики и юристы. Окончание

Они окружают президентов. Часть 2. Силовики и юристы. Окончание

В январе 2021 г. вместо Комитета по финансовому мониторингу Министерства финансов было создано Агентство по финансовому мониторингу (АФМ) как государственный орган, непосредственно подчиненный и подотчетный президенту с передачей ему функций и полномочий в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также по предупреждению, выявлению, пресечению, раскрытию и расследованию экономических и финансовых преступлений и правонарушений. АФМ возглавил прежний глава КФМ Жанат Элиманов.

Отдел безопасности и правопорядка АП, наконец, получил собственную номенклатуру, но в нее вошел только директор РГКП «Центр судебных экспертиз» Министерства юстиции.

В апреле Алик Шпекбаев был освобожден от должности председателя Агентства по противодействию коррупции (он достиг пенсионного возраста, но полномочия продлевались – сложно сказать на сколько, т.к. АП перестала публиковать эту информацию). На его место был назначен заместитель генпрокурора Марат Ахметжанов.

В июне свой пост потерял председатель Высшего судебного совета Талгат Донаков. Его отставку связывали с громким скандалом, который в изложении пресс-службы Верховного суда выглядел так: «11 февраля т.г. в г. Нур-Султан задержан с поличным судья Верховного суда при получении крупной суммы денежных средств. Деньги передавались за оказанное им в бытность работы в Высшем судебном совете РК содействие по переводу судьи районного суда Туркестанской области из одного суда в другой».

ВСС возглавил судья Верховного суда Денис Шипп.

В июле зав. отделом безопасности и правопорядка АП Алмат Байшулаков был переведен прокурором ВКО, а его место назначен замминистра внутренних дел Андрей Калайчиди.

В том же месяце Ермек Сагимбаев стал «просто» зам. начальника СГО, а СОП возглавил Сакен Исабеков. 30 июля Калмуханбет Касымов был освобожден от должности начальника Службы государственной охраны. Никаких комментариев не было, хотя в стране активно обсуждались публикации в СМИ о том, что некие организации закупили израильское программное обеспечение и прослушивали разговоры президента, премьера и еще нескольких человек. Только 25 августа Сагимбаев возглавил СГО, замом стал Батырбек Байбосынов, возглавлявший с августа 2020 г. службу безопасности Елбасы.

Представляя Сагимбаева Токаев отметил: «Все сотрудники Службы государственной охраны должны сочетать в себе целый ряд качеств. Это, во-первых, высокая профессиональная подготовка, в том числе боевая, физическая подготовка. Одновременно руководители СГО, руководители соответствующих подразделений должны обладать широким кругозором, большим комплексом знаний, касающихся и внутриполитической ситуации в стране и международной обстановки. Должны понимать тонкости международного протокола, быть наблюдательными, обладать аналитическими способностями. Только в этом случае мы можем ожидать соответствующий положительный эффект в работе… Офицеры СГО должны быть абсолютно лояльными нашему государству, быть преданными порученному делу и истинными патриотами».

По негласной традиции, публичное подчеркивание тех или иных качеств нового руководителя фиксировало их отсутствие у его предшественника.

Накануне, 26 августа, произошел пожар на складе боеприпасов в селе Кайнар Байзакского района Жамбылской области. Пожар привел к взрывам и человеческим жертвам. Министерство обороны начало было долго путанно объяснять, что оно тут не причем. Но второй взрыв за два года плюс очередные громкие коррупционные скандалы (осуждение начальника департамента кадров и военного образования, арест начальника управления тыла и вооружения и т.д.) добил остатки репутации военного ведомства. Министр обороны Ермекбаев подал в отставку, а президент ее моментально принял. Уже бывший министр «попросил прощения у Касым-Жомарта Токаева, родных и близких погибших, а также у пострадавших в результате трагических событий в Байзакском районе Жамбылской области».

Новым министром стал начальник Генштаба Бектанов, также имеющий выговор за Арысь и как НГШ несущий ответственности не меньше министра. Впрочем, других кандидатов под руками просто не было.

Тем временем, процесс транзита вступил в очередную стадию: Назарбаев передал Токаеву председательство в АНК и анонсировал передачу ему председательства в партии «Нур Отан» на ближайшем съезде, а там не за горами был и Совет безопасности, тем более что большинство руководителей силовых структур было уже заменено на людей, близких к Токаеву. Глава МВД Тургумбаев также ориентировался на Ак Орду. Оставался только Масимов, который за истекший период ни разу не был на приеме у главы государства, хотя бывал на совещаниях и изредка входил в состав делегаций при зарубежных поездках. Было достаточно очевидно, что председатель КНБ давно стоит первым в очереди на отставку.

В этих условиях, насколько можно судить, созрел заговор. Назарбаеву шел 82-й год и его политическая активность явно шла на спад. Попытки создать антитокаевскую коалицию оказались бесплодными: во-первых, из-за твердой приверженность Елбасы на поддержку своего преемника, а во-вторых, из-за разобщенности между теми, кто входил в его команду. В качестве предлога можно было бы использовать любой социальный протест (благо поводов хватало), а в качестве пушечного мяса – тесно связанные с религиозными экстремистами ОПГ, находящиеся под колпаком КНБ (отчасти «по долгу службы», отчасти – по «совместным проектам»). Исторически агентура спецслужб активно присутствовала в СМИ, блогосфере, национал-популистских и оппозиционных организациях (ее, как правило, использовали для «сброса пара», борьбы с более радикальными соратниками и политическими оппонентами власти). КНБ на минувших выборах ввело своих людей в депутатский корпус Мажилиса через движение «Уран», которое было присоединено к НПК (слово «коммунистическая» из названия партии было удалено, насколько известно, по требованию руководства комитета). Токаева многие считали чересчур дипломатичным, а значит, слабым политиком, который может поддаться сильному давлению. С Россией отношения у Казахстана активно портились несколько месяцев подряд, а ее вооруженные силы с конца года концентрировались на границей с Украиной, что, по мнению заговорщиков, ограничивало бы возможности Ак Орды обратиться за помощью к Кремлю, а заодно и возможности Кремля такую помощь оказать. Военная помощь же со стороны Китая моментально настроила бы против президента население и могло бы привести только к эскалации конфликта. Маловероятное вмешательство США было ее более маловероятно после триумфального провала в Афганистане. Зато Вашингтон и Лондон, с которыми у Масимова были давние дружеские и деловые контакты, с удовольствием приветствовали либо смену власти в Казахстане на более лояльную (в случае успеха переворота), либо – политический и социальный кризис с перспективой гражданской войны, которая бы тут же аукнулась в Китае и России (в случае провала переворота). Западные партнеры давно пытались усилить влияние на Казахстан, но либеральная пропаганда заходила плохо и не уходила за пределы мегаполисов, а пантюркистская и панисламистская шли через Турцию, которая с приходом к власти Эрдогана сделала эти проекты своими. С другой стороны, был определенный опыт нагнетания националистических страстей напрямую, через американские казахскоязычные СМИ – в рамках борьбы с китайским влиянием (проект «Один пояс, один путь»). Кроме того, участие в заговоре КНБ резко сужало информационные и силовые ресурсы власти. Минобороны явно решило отсидеться в тени, а полиция – после Жанаозена – была не очень готова, по мнению экспертов, вновь «защищать власть, которая их предала».

В январе 2022 г. начались «социальные протесты» в Мангистауской области по поводу повышения цен на сжиженный газ (тут надо отметить, что речь шла не столько об ударе по доходам населения, сколько о сером перетоке указанного газа в другие регионы, где ценового регулирования не было). «Протестующие» в пресловутом Жанаозене и других городах области географически диверсифицировали свои акции с таким расчетом, чтобы притянуть на себя максимально больше силовиков. В область был экстренно направлен десант АП и правительства, который втянулся в переговоры и фактически выбыл из игры. Моментально в десятке других регионов синхронно начались «мирные митинги», которые быстро перешли в атаку на органы управления и полиции. Показным мародерством в беспорядки вовлекался городской и пригородный маргиналитет.

Полиция и Нацгвардия, оставшиеся один на один с быстро вооружавшейся толпой, не имели приказа на применение огнестрельного оружия и водометов. В то время как спецназ КНБ открыто покидал зоны конфликта. С другой стороны, неприменение оружия в первые дни сбил важный элемент плана заговорщиков: «восставший народ» не имел своих «жертв» и был вынужден перейти к более жестким действиям, моментально показав, что никакими «мирными митингами» там и не пахло. Агрессивная толпа взяла штурмом ряд акиматов, оружейных магазинов, штурмовала здания полиции, избивала и убивала полицейских и солдат, грабила магазины. Для максимального эффекта специально выделенные боевики стреляли по зевакам и окнам квартир. В какой-то момент Алматы оказался под контролем боевиков, численность которых вместе с «волонтерами» превысила 20 тыс. человек. Наблюдатели фиксировали синхронность движения штурмовых колонн, наличие у их координаторов системы связи (в условиях отключенного интернета!), опыт боевой подготовки и навыки рукопашного боя, а заодно и свежесбритые бороды у многих боевиков. Ожидался подход следующей волны. В столице нападение удалось отбить, а концентрация там лояльных частей позволила быстро стабилизировать ситуацию.

Тем временем, в столице произошли события, подробности которых до сих пор неизвестны. Ночью 5 января Токаев ввел режим ЧП в Алматы и Мангистау. Президент, как и ожидалось ранее, отправил в отставку правительство Аскара Мамина, сменил госсекретаря и назначил замрука АП по внешней политике Мурата Нуртлеу первым замом Масимова. В тот же день он выступил с обращением, в котором заявил: «Призывы атаковать служебные помещения гражданских и военных ведомств являются абсолютно незаконными. Это преступление, за которым последует наказание. Власть не падет. Но нам нужен не конфликт, а взаимное доверие». На совещании, где выступили, как сообщается, Тургумбаев, Масимов и Нурдаулетов, Токаев поддержал стратегию нового ценообразования на газ, но раскритиковал уже бывшее правительство за тактику. Президент поручил ввести государственное регулирование цен на бензин, дизель и социально значимые продовольственные товары, мораторий на повышение коммунальных тарифов для населения сроком на 180 дней, создать общественный фонд «Народу Казахстана», финансируемый за счет частных и государственных источников, для решения проблем здравоохранения и детей.

Затем президент выступил с новым обращением: «Обращает на себя внимание высокая организованность хулиганствующих элементов. Это свидетельствует о тщательно продуманном плане действий заговорщиков, которые мотивированы финансово. Именно заговорщиков. Поэтому как глава государства и с сегодняшнего дня председатель Совета безопасности намерен действовать максимально жестко. Это вопрос безопасности наших граждан, которые обращаются с многочисленными просьбами ко мне защитить их жизнь». Было введено ЧП на всей территории страны.

Документ о передаче председательства в СБ опубликовал не был. Возможно, его не существует в природе, а вопрос был решен в ходе телефонного разговора Токаева и Назарбаева. Важно тут то, что такое решение об этом принял Назарбаев и всецело поддержал президента.

Ночью на 6 января на заседании СБ Токаев заявил: «Данные террористические банды являются по сути дела международными, которые прошли серьезную подготовку за рубежом и их нападение на Казахстан нужно рассматривать как акт агрессии. В связи с этим, полагаясь на Договор о Коллективной безопасности, я сегодня обратился к главам государств ОДКБ оказать помощь Казахстану в преодолении этой террористической угрозы. На самом деле это уже не угроза – это подрыв целостности государства, и самое главное – это нападение на наших граждан, которые просят меня как главу государства в срочном порядке оказать им помощь. Моя конституционная обязанность состоит в том, что я должен заботиться о благополучии, безопасности и спокойствии наших граждан».

Видимо, после этого совещания Масимов был арестован. Подробности ареста нигде не сообщались. Позже упоминалось, что президенту было рекомендовано покинуть столицу и переехать в безопасное место, но не говорилось, что это предлагал Масимов. Токаев отказался. К этому времени стало ясно, что органы КНБ в этой ситуации заняли, как минимум, нейтральную позицию. Впоследствии также говорилось, что Масимов «дезинформировал президента», сообщив ему о внешнем террористическом нападении численностью в 20 тыс. боевиков. Однако, численность активно участвующих в беспорядках лиц была даже выше заявленной, а их действия целиком и полностью подпадали под определение террористического акта. Возможно, была завышена численность иностранцев, однако их участие было зафиксировано многочисленными очевидцами. Высказывалась версия, что Масимова «сдал» кто-то из высшего руководства КНБ, то тогда кто? Часть замов отсутствовала в столице, а другие активно участвовали в заговоре. Остается предположить, что глава КНБ выдвинул президенту ультиматум или обвинил его в «доведении страны до ручки» и предложил уехать. Но, повторюсь, подробности неизвестны.

Как бы то ни было, 6 января Масимов, зампред КНБ – директор Службы специального назначения «А» Садыкулов и зам. начальника СГО – командующий Силами особого назначения Ашимбекулы были освобождены от занимаемых должностей. КНБ возглавил Ермек Сагимбаев, СГО – Сакен Исабеков, Службу специального назначения «А» КНБ – Берик Кунанбаев, Службу охраны президента – Чингис Аринов. Кроме того, Келимбетов был освобожден от должности главы АСПИР, но это, видимо, было сделано по другим причинам.

В это же время в страну прибывали миротворцы ОДКБ, в первую очередь российские войска, причем – с украинской границы. По достигнутому соглашению они не участвовали в боевых действиях, а сосредоточились на охране стратегических объектов, высвобождая силы полиции и Нацгвардии, а также заняли позиции неподалеку от эпицентров столкновений, чтобы оперативно вмешаться при необходимости. Появление российских военных стало мощным отрезвляющим фактором, которое привело к бегству части координаторов и руководителей боевых групп за пределы страны (причем пограничники предоставили им «зеленый коридор»). Воспользовавшись ситуацией лояльные президенту силовики перешли в наступление. Удалось захватить и одного из активных организаторов – «Дикого Армана», которому, по всей видимости, предстояло сыграть важную роль в «передаче власти».

7 января Токаев выступил с новым обращением: «Террористы по-прежнему наносят ущерб государственному и частному имуществу, применяют оружие в отношении граждан. Правоохранительным органам и армии мною дан приказ открывать огонь на поражение без предупреждения. За рубежом высказываются призывы к сторонам провести переговоры для мирного решения проблем. Какая глупость! Какие могут быть переговоры с преступниками, убийцами? Нам пришлось иметь дело с вооруженными и подготовленными бандитами, как местными, так и иностранными. Именно с бандитами и террористами. Поэтому их нужно уничтожить. И это будет сделано в ближайшее время. Силы правопорядка морально и технически готовы к выполнению данной задачи».

Токаев обрисовал и более широкий профиль: «По моему предложению в мае 2020 года был принят закон о мирных собраниях граждан. Этот закон, по сути, – большой шаг вперед в продвижении демократии в нашей стране, потому что предусматривает не разрешительный, а уведомительный характер митингов и собраний. Причем, в центральных районах всех городов страны. Но отдельные так называемые «правозащитники» и «активисты» ставят себя выше закона и считают, что они вправе собираться где хотят и болтать что хотят. Из-за безответственных действий этих горе-активистов от основной деятельности по охране правопорядка отвлекаются полицейские. Зачастую они подвергаются насилию и оскорблениям. Из-за этих «активистов» «зауживается» Интернет, в результате чего страдают интересы миллионов граждан и отечественного бизнеса. То есть наносится огромный ущерб внутренней экономической, социальной и политической стабильности. Пособническую и, по сути, подстрекательскую роль в нарушениях правопорядка играют так называемые «свободные» средства массовой информации и «забугорные» деятели, далекие от коренных интересов нашего многонационального народа. Можно без преувеличения сказать, что все эти безответственные демагоги стали соучастниками развязывания трагедии в Казахстане. И мы будем жестко реагировать на все акты правового вандализма. В том, что мы достаточно быстро преодолеем эту черную полосу в нашей истории, нет никаких сомнений. Главное – не допустить повторения таких событий в будущем».

Глава государства отметил: «Предстоит «разбор полетов» в связи с действиями правоохранительных органов и армии, а также их межведомственной координацией. Выяснилось также, что не хватает спецназовцев, спецсредств и оборудования. Решением этих вопросов мы займемся в срочном порядке. Критически важно понять, почему государство «проспало» подпольную подготовку терактов спящих ячеек боевиков. Только на Алматы напало 20 тысяч бандитов. Их акции показали наличие четкого плана атак на военные, административные и социальные объекты практически во всех областях, слаженную координацию действий, высокую боеготовность и звериную жестокость. Помимо боевиков, действовали специалисты, натренированные на идеологические диверсии, умело использующие дезинформацию или «фейки» и способные к манипуляциям настроениями людей. Похоже на то, что их подготовкой и руководством занимался единый командный пункт. С этим начали разбираться КНБ и Генеральная прокуратура».

Только на следующий день КНБ официально сообщил: «6 января текущего года Комитетом национальной безопасности начато досудебное расследование по факту государственной измены, по статье 175 части 1 Уголовного кодекса Республики Казахстан. В этот же день по подозрению в совершении данного преступления задержаны и водворены в изолятор временного содержания бывший председатель КНБ Масимов К.К. и другие лица».

8 января Азамат Абдымомунов был освобожден от должности зам. секретаря СБ, а Марат Осипов и Даулет Ергожин – от должности зампредов КНБ (последние двое были арестованы вместе с Масимовым и Садыкуловым). 10 января был обнаружен труп полковника Ибраева, пришедшего в КНБ вместе с Масимовым; официальная версия – самоубийство. 17 января от должности первого зампреда КНБ был освобожден Самат Абиш (7 января КНБ опровергало слухи об его аресте, а 14 января – об освобождении от должности). Обвинений Абишу в организации январских событий не предъявлялось.

По мере стабилизации ситуации началась перезагрузка власти. Было сформировано правительство Смаилова и реорганизована АП. Новым министром юстиции вместо Бекетаева стал председатель Комитета Мажилиса по законодательству и судебно-правовой реформе Канат Мусин, ранее работавший в прокуратуре, финансовой полиции и Совбезе. ЦИК вместо Имашева возглавил вице-спикер Сената Нурлан Абдиров.

Через неделю после формирования правительства Токаев уволил министра обороны Бектанова, заявив: «Во время январских событий Вооруженные силы из-за крайне неуверенного и безынициативного руководства ими не смогли с достоинством выполнить поставленные на них задачи. Министр Бектанов не проявил командирских качеств. Имея в своем распоряжении армию, которая показывала хорошие результаты в ходе командно-штабных и военных учений, мы не смогли воспользоваться ее потенциалом в критической ситуации и были вынуждены прибегнуть к помощи извне» (20 февраля экс-министр был арестован по обвинению в бездействии по службе – ст. 452 УК РК). Минобороны возглавил главком Нагцвардии Руслан Жаксылыков. Президент создал командование Сил специальных операций Вооруженных Сил. 1 февраля АП возглавил Мурат Нуртлеу. КНБ остался без первого зама, хотя существование должности было подтверждено новым положением о комитете. Несколько позже стало известно о задержании начальника ДКНБ по Алматы Мажилова и начальника 5-го департамента КНБ Искакова – но без подробностей.

Следует отметить, что не успели снять режим ЧП, как началась активная информационная атака сразу по нескольким направлениям. Во-первых, продолжилась тематика «народного восстания», на которую наложилась кампания по дискредитации главы государства за приглашение россиян и приказ открывать огонь на поражение (здесь к казахстанским «общественникам» активно присоединились западные СМИ и НПО). Во-вторых, начала демонизироваться тема «массовых пыток» против «восставших» и «участников мирных митингов», преследовавшая ряд своих целей: дискредитация следствия для оправдания боевиков; дискредитация полиции как единственного института, оказавшего сопротивление террористам; попытка свалить с должности главу МВД Тургумбаева. В-третьих, лозунг «Шал, кет!», использовавшийся участниками массовых беспорядков, был взят на вооружение представителями правящей элиты с целью лишения первого президента политической власти, проведение передела собственности и власти. Он, конечно, наложился на необходимость системных реформ в стране, но мотивация участников процесса изначально была разной. В общем, те, кто много лет активно участвовал в возведении «культа личности» и построении «Старого Казахстана», вдруг оказались в рядах «разоблачителей» и «реформаторов». Единственным, кто попытался дать справедливую оценку первому президенту, оказался Токаев.

7 февраля Токаев подписал поправки в закон о Совете безопасности, по которым из него убрали упоминание о Елбасы.

25 февраля Бектенов стал председателем Агентства по противодействию коррупции вместо Ахметжанова, Ахметжанов – министром внутренних дел вместо Тургумбаева, Тургумбаев – советником президента (до августа с.г.), Нурдаулетов – помощником президента – секретарем Совета безопасности вместо Исекешева, а Исекешев – помощником президента (без конкретизации обязанностей). Через несколько дней Берик Асылов был назначен генеральным прокурором. Возникла интересная картина: практически всеми силовыми структурами руководят лица, ранее в них не работавшие.

13 марта было объявлено о задержании племянника президента Кайрата Сатыбалдыулы, а 15 марта – о задержании бизнесмена Кайрата Боранбаева (но ни тому, ни другому официально никаких обвинений по январским событиям предъявлено не было).

25 марта, как сообщил позже КНБ, контрразведкой КНБ был задержан агент иностранной разведки гражданин РК «А», планировавший покушение на президента РК и ряд высокопоставленных государственных служащих (агент позже был осужден, но на какую страну он работал, не сообщалось).

В конце марта Марат Шайхутдинов был освобожден от должности первого заместителя секретаря Совета безопасности (в сентябре он был признан виновным по ст. 185 ч. 3 УК РК и приговорен к 7 годам заключения).

5 апреля был снят с работы зампред КНБ – директора Погранслужбы Дархан Дильманов (в июне он был арестован в рамках расследования по фактам злоупотребления властью, выявленным на пограничных постах казахстанско-китайской границы).

В апреле зам. секретаря СБ Тимур Ташимбаев был назначен первым замом генпрокурора, а на его место пришел зав. отделом правоохранительной системы Канат Сейдгапбаров. Еще одним замом секретаря СБ стал советник-посланник Посольства в России Нуржан Каджиакбаров, а чуть позже, в мае, Мурат Баймукашев был повышен до первого зама.

В начале июня была создана МВК по вопросам противодействия незаконной концентрации экономических ресурсов во главе с генеральным прокурором.

Проведенный летом референдум по конституции и рассматриваемые поправки в законодательство приведут к созданию Конституционного суда вместо Конституционного совета и Высшей аудиторской палаты вместо Счетного комитета. Кроме того, после намеченных на 20 ноября досрочных президентских выборов должны быть переназначены и заменены руководители государственных органов, подчиненных главе государства. А судя по огромным потокам настоящего и вымышленного компромата силовые структуры находятся в обычном для себя состоянии – перманентной конкуренции.

Детали январского заговора публично не обсуждаются и это не удивительно: в условиях начавшейся санкционной войны и глобального противостояния Казахстан не может позволить себе такую роскошь как в открытую обвинить зарубежных участников в соучастии в попытке государственного переворота, ибо это моментально сделает Казахстан участником конфликта, чего Астана категорически хотела бы избежать.

Особенностью периода правления первого президента в вопросах управления силовым блоком было обеспечение постоянного соперничества между силовиками и периодическое удаление фигур, которые смогли сконцентрировать в своих руках чрезмерное количество властных полномочий.

Период транзита привел к тому, что структуры, призванные контролировать ситуацию в силовых структурах, максимально дистанцировались от любой активности, способной нарушить равновесие между центрами власти, и в итоге прозевали вызревание заговора и попытку государственного переворота.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора

12:30
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Здесь будет ваша реклама
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.