Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz
$ 432.28 down
€ 490.16 down
₽ 5.89 down

Полный цугцванг

Полный цугцванг

Начавшаяся на площадях Жанаозена «газовая революция» с требованием пересмотра цен на сжиженный газ вполне предсказуемо и довольно быстро переместилась в область острой кабинетной борьбы.

Еще 5 января нынешнего года, Агентством по финансовому мониторингу было начато досудебное расследование в отношении президента ТОО «Казахский газоперерабатывающий завод» Накбергена Тулепова и главы центра электронных торгов, то есть площадки, которая согласно новому законодательству осуществляла торги по этому виду топлива.

Дело в том, что с 1 января 2022 года в стране был осуществлен полный переход торгов сжиженным нефтяным газом через товарные биржи. Секретом или неожиданностью это не было ни для кого, ведь еще в прошлом году курирующее отрасль Министерство энергетики неоднократно публиковало релизы о том, что цена на этот вид топлива является убыточной для производителей, так как отпускалась по цене ниже себестоимости. И единственным выходом из ситуации может стать лишь полный переход на электронные торговые площадки.

На следующий день, 6 января, Агентством по защите и развитию конкуренции было начато расследование в отношении шести газовых компаний, среди которых назывались такие крупные участники оптового рынка как АО НК «КазМунайГаз», АО «КазМунайГаз-Актобе», казахстанско-китайское совместное предприятие АО CNPC Актобемунайгаз», ТОО СП «КазгерМунайгаз», «Казахойл-Актобе», АО «Национальная компания «QazaqGaz» (прежнее ее название – «КазТрансГаз»).

Чуть позже было объявлено о том, что покинули свои посты председатель правления АО «НК «QazaqGaz» Кайрат Шарипбаев и председатель правления АО «КазТрансОйл» Димаш Досанов.

Практически параллельно с этим стало известно, что помимо крупных оптовиков, Агентство по защите и развитию конкуренции Казахстана начало расследование в отношении 180 предпринимателей, которые занимаются розничной реализацией сжиженного нефтяного газа, причем уложиться в своих следственных действиях обещало в течение 20 дней.

Ну и наконец, 15 января, следственно-оперативной группой территориального департамента Агентства по финансовому мониторингу по Мангистауской области был задержаны и помещен под арест на два месяца вице-министр энергетики Жумабай Карагаев (правительство тут же отреагировало сообщением об его увольнении с занимаемой должности). Причиной задержания являлось все та же формулировка о причастности к необоснованному повышению цен на сжиженный нефтяной газ в Мангистауской области.

Довольно показательным является и факт административной корректировки январских цен на сжиженный газ. Цена газа, выросшая 2 января после проведения первых электронных торгов до 120 тенге за литр (ранее она была 60 тенге), уже 3 января была изрядно снижена (хотя буквально накануне, власти объясняли митингующим в Жанаозене о том, что акимат Мангистауской области не может вмешиваться в рыночное ценообразование, так как газ передан на биржевые споты, и контролировать ценовые колебания никаких возможностей нет).

Произошедшее снижение цен поначалу объяснялось… желанием самих предпринимателей: «Собственники АЗС Мангистауской области в рамках социальной ответственности бизнеса в инициативном порядке решили снизить стоимость газа со 120 до 85–90 тенге за литр».

Впрочем, как вариант не исключался и ценовой сговор (исключительно на уровне самих АЗС):

– Проанализировав, данные торгов оптовой реализации за январь, мы наблюдаем, что розничная цена сложилась на уровне 120 тысяч тенге за тонну, что по нашему мнению, выше ожидаемой. Это дает нам основания предположить возможные ценовые спекуляции среди АЗС, – заявил тогда еще министр энергетики Магзум Мирзагалиев.

Судя по всему, первого снижения показалось мало, так как еще через день было объявлено что «в целях обеспечения стабильности в стране, правительство приняло решение снизить в Мангистауской области цену за сжиженный газ до 50 тенге за литр».

В общем, ситуация была отыграна по простейшей схеме: «Было хорошо, затем внезапно стало плохо, а теперь – опять хорошо». Но так ли это? И как вообще развивалась ситуация с этим видом топлива в нашей стране?

Кому и почем торговать?

Для начала я приведу некоторые показательные статистические данные, неоднократно обнародованные экономистом и советником Министерства энергетики Олжасом Байдельдиновым (в том числе и в ходе брифингов на площадке Службы Центральных коммуникаций).

Весьма любопытным является нынешняя реакция на его выступление со стороны самого Министерства энергетики, озвученная после еще одного такого брифинга 4 января: «Олжас Байдельдинов, не может выражать позицию министерства. Он является руководителем проектного офиса «Адалдык аланы», а так же с января 2021 года – внештатным советником министра. На брифинге в ЦСК он участвовал как независимый эксперт и высказывал свою точку зрения, а не Министерства энергетики».

В общем, если раньше министерство, похоже, было со всем сказанным Байдельдиновым солидарно (по крайней мере, никаких возражений не было), то, начиная с января, он стал высказывать «исключительно свою точку зрения».

Так вот, согласно озвученным (и опубликованным в сетевых СМИ) данным Олжаса Байдельдинова: «На сегодняшний день в РК самая низкая цена на сжиженный газ и в регионе, и в мире. На 27 декабря по данным «Global Petrol Prices» в нефтедобывающем Азербайджане литр стоит 166 тенге, в России – 182-195 в зависимости от региона, Кыргызстан – 203, Беларусь – 212, Грузия – 275, Украина – 303. Это гораздо больше, чем у нас, где декабрьская цена на газ составила 85 тенге. С 2019 года сжиженный газ торгуется на биржевых площадках. Можно зайти на сайт www.ets.kz и просматривать результаты торгов. Последние торги в 2021 году завершились на отметке 143 737 тенге за тонну на условиях EXW (самовывоз с завода) с ТОО «КазГПЗ», которое как раз-таки расположено в промышленной зоне Жанаозена. Это рыночная цена на оптовую партию. В одной тонне пропан-бутановой смеси около 1700 литров, то есть в переводе на литр топлива это примерно 85 тенге за литр (в завершающий день торгов было реализовано 83 тысяч тонн). Цены на сжиженный газ должны были вырасти уже давно. Это такой же товар, как и все остальное, но с высокой долларовой себестоимостью. Основное оборудование для нефте- и газодобычи, материалы, расходники, химия – либо импорт, либо зависят от международных цен. К примеру, те же самые металлоконструкции – да они производятся в РК, но они находятся в абсолютной корреляции с мировыми ценами…»

Не обошел, Олжас Байдельдинов (кстати, уроженец Западного Казахстана, о чем он особо упоминает) вниманием и ситуацию в самом Жанаозене (в плане значимости повышения цены на газ для населения):

«Жанаозен – город с населением 150–160 тысяч человек (+30% за последние десять лет). Сколько получают в Жанаозене? Средняя заработная плата в Жанаозене в 2018 году составляла 410 тысяч тенге, об этом говорил Ералы Тугжанов (тогда аким Мангистауской области, сейчас вице-премьер). В третьем квартале 2021 года среднемесячная заработная в городе составила 505 тысяч тенге. То есть, в Жанаозене получают в два раза больше, чем в среднем по стране. Заработная плата в Мангистауской области в третьем квартале 2021 года составила 346 542 тенге при средней заработной плате в РК 243 667 тенге в том же периоде. То есть, заработная плата в области на 42% больше, чем по стране.

Среднестатистический автовладелец вряд ли проезжает там 1 000 км в месяц, если он не таксист или не занимается перевозками, но допустим, что это 1 000 км в месяц. Среднее авто расходует около 10 л на 100 км, на сжиженном газе обычно расход побольше, поэтому примем в расчет 12 литров. Город небольшой, дорогие хорошие, пробок нет. Итого, на газу (а там процентов 75 автомобилей на газу) автовладелец тратит 14–15 тысяч тенге, даже при цене в 120 тенге за литр. Это 5% от среднемесячной заработной платы в Казахстане (250 тысяч тенге).

При этом, выходят люди и требуют, чтобы им продавали сжиженный газ по 60 тенге, что ниже его оптовой цены! Но Жанаозен – это часть Казахстана, и тут не могут быть цены ниже, чем в среднем по стране. Казахстан – это часть региональной и мировой экономики, наши цены на энергоносители не могут долго пребывать в состоянии постоянного субсидирования со стороны недропользователей...»

Понятно, что сейчас подобная точка зрения будет как минимум непопулярна (о чем косвенно дало понять само Министерство энергетики). Однако, если даже бегло просмотреть все аналитические публикации, посвященные рынку сжиженного газа в РК за последние пару лет, то можно легко убедится в том, что его перевод, выражаясь формулировками перестройки 80-х годов прошлого века «на рыночные рельсы», был практически единогласно поддерживаемым и другими экспертами и экономистами.

Если обратится к истории вопроса, то Казахстан начал поступательный переход к торговле сжиженным нефтяным газом (СНГ) на рыночных условиях в начале 2019 года. Тогда на бирже продавалось только 5% от общего объема поставок СНГ на внутренний рынок, до конца 2019 года этот объем достиг 15%, а в физическом выражении – 19,6 тысяч тонн в месяц.

Согласно опубликованным в тот период разъяснениям, переход на рыночное образование цен на сжиженный нефтяной газ был обусловлен несколькими основными факторами и, в частности, формированием общего рынка газа ЕАЭС в 2024 году. Покупка и продажа этого продукта будет осуществляться на конкурсной основе внутри ЕАЭС, и это значит, что к тому времени цена СНГ на внутреннем казахстанском рынке должна достигнуть паритета с ценами на рынках других стран.

«В противном случае, мы получим существенный отток казахстанского сжиженного нефтяного газа и, как следствие, дефицит для внутреннего потребителя. К примеру, в России цена на СНГ превышает 135 тысяч тенге за тонну, что для нас должно являться в определенной степени верхним порогом», – рассказывал журналистам директор департамента по развитию нефтегазовой и энергетической отраслей Ассоциации «KAZENERGY» Яромир Рабай.

По состоянию на конец 2019 года на рыночных условиях пока продалось только пятая часть потребляемого Казахстаном сжиженного нефтяного газа. Остальной требуемый объем этого вида топлива реализовывался в рамках ежемесячного плана поставок по предельным оптовым ценам для каждого производителя, которые должны реализовать утвержденный объем в тот или иной регион.

Государство регулировало цену на остальной объем и, таким образом, производитель должен продавать СНГ примерно за 38,7 тысяч тенге за одну тонну, что автоматически означало работу в убыток для ряда заводов (на тот период себестоимость газа в РК в зависимости от завода-производителя варьировалась в пределах от 50 до 80 тысяч тенге за тонну).

«80%, или около 11,5 тысяч тенге производимого газа наше предприятие продает по установленной Минэнерго цене, а через биржу – 3 тысячи тонн. «В течение 10 лет мы копим убытки, сколько конкретно, я сказать не могу, так как это коммерческая тайна», – жаловался на страницах республиканских деловых изданий генеральный директор ТОО «КазГПЗ» Накберген Тулепов (в настоящее время, как мы уже знаем, находящийся под следствием).

И в феврале 2020 года ТОО «КазГПЗ» и другие производители обратились в Минэнерго с просьбой поднять предельную цену на газ. Тогда же были опубликованные данные, согласно которым в числе производителей и собственников СНГ в республике было 13 юридических лиц – это все три нефтеперерабатывающих завода, нефтяные компании «Тенгизшевройл», «СНПС-Актобемунайгаз», «КазГермунай», «Казахойл-Актобе» и другие. Покупателей, включая ГСО и АГЗС, набралось несколько сотен. Иностранные компании к покупке сжиженного газа в Казахстане на тот момент напрямую пока не допускали, что, впрочем, не мешало самим производителям вполне успешно его экспортировать (естественно, по мировой рыночной цене) через свои торгово-посреднические структуры.

Как отмечало в конце прошлого года агентство «Reuters»:

«Казахстан, производя вдвое больше сжиженного газа чем потребляет его рынок, не смог в 2021 году справиться с ростом внутреннего спроса на продукт.

– Экспорт сжиженного газа выгодней поставок на внутренний рынок, особенно в этом году, когда котировки рванули вверх, – говорит «Reuters» один из казахстанских трейдеров.

Казахстан не может отказаться от экспорта сжиженного газа, так как значительная часть производимого в республике продукта принадлежит иностранным акционерам, которые ориентированы на внешние рынки.

В частности, крупнейший в стране производитель сжиженного газа Тенгизшевройл, принадлежащий американским Chevron (50%), ExxonMobil (25%), российской ЛукОйл (5%) и казахстанскому КазМунайГазу (20%), направляет почти весь продукт на экспорт. Например, из произведенных в 2020 году 1,482 миллиона тонн СУГ, было отправлено на экспорт 1,351 миллиона тонн.

В Минэнерго Казахстана утверждают, что «переход на электронную торговлю позволяет сбалансировать внутреннюю цену на газ на основе спроса и предложения». И это «поможет привлечению инвестиций в создание новых производственных мощностей». По словам чиновников, «рыночные механизмы положительно влияют на развитие конкуренции…»

Не менее любопытны были и мрачноватые прогнозы на перспективу, которые озвучивались рядом экспертов еще с конца 2020 года:

«Низкие цены привели к повышенному спросу и стремительной «газификации» автотранспорта (особенно это касается западных регионов страны).

При этом цены, по которым нефтегазодобывающие компании «сдают» газ на внутренний рынок, существенно ниже себестоимости и явно скоро будут скорректированы в сторону повышения. Это неизбежно скажется на розничной реализации, однако по каким-то причинам профильное министерство до сих пор не отправляет месседж населению: у нас возникает дефицит сжиженного газа, его цена в течение ближайших лет будет увеличена, поэтому поспешный перевод транспорте на газ может обернуться серьезными проблемами. Ведь его стоимость, рано или поздно сложится лишь процентов на десять ниже стоимости бензина…»

А вот еще практически аналогичное мнение на эту тему, но высказанное уже со стороны, а именно экспертом Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшковым:

«Бизнес указывает, что цены на сжиженный газ не могут постоянно находиться в замороженном состоянии, что при фиксированных тарифах ведет к дефициту и убыткам. Судя по всему, иностранные компании, стремясь повысить маржинальность своего бизнеса в Казахстане, настаивают на проведении либеральных реформ, большей диверсификации экономики».

Постепенно «либеральные реформы» начали проводиться и уже в начале прошлого года через биржу стало продаваться порядка 20% объема внутренних поставок. Характерно, что до начала нынешнего года в Мангистауской области предельная цена действовала даже на электронных торгах (данное правило было установлено только для этого региона).

Кризис республиканского уровня

Если в очередной раз обратиться к статистике, то будет видно, что по состоянию на прошлый год самый большой объем потребления сжиженного газа на внутреннем рынке страны предсказуемо приходился на Мангистаускую область – 19 тысяч тонн. Максимальный объем производства расположенного в этом регионе ТОО «Казахский газоперерабатывающий завод» составлял лишь только 14,5 тысяч тонн, а остальной объем хоть и завозился из Актюбинской области, но продавался по внутренним ценам Мангистауской области.

Таким образом, по-прежнему происходило искусственное сдерживание цен конкретно в одном взятом регионе, между тем как в целом по республике ситуация стала постепенно накалятся.

В самом начале осени прошлого года начались проблемы с поставками сжиженного газа в центральные и северные регионы страны (аккурат во время разгара уборочной компании). Причина, а точнее разъяснения властей были все те же: «В Казахстане идет переход от распределительной системы поставок сжиженного нефтяного газа на внутренний рынок к смешанной. И теперь большую часть объемов газа продают через свободные электронные торги». В ответ местные жители заявляли о том, что участвовать в этих торгах почему-то смогли не все желающие.

Так, например, как сообщали в те месяцы СМИ, в итоге августовских торгов в Северо-Казахстанской области купить газ из восьми газосетевых организаций смогла только одна, остальным его попросту не досталось. На АГЗС Петропавловска тут же появились объявления «Газа нет» или «Только по талонам». Для решения проблемы пришлось проводить экстренное совещание с участием акима области Кумара Аксакалова, который практически в ручном режиме решил проблему, договорившись с Министерством энергетики о проведении дополнительной торговой сессии исключительно для Северо-Казахстанской области.

В сентябре весь объем сжиженного газа, выставленный Северному макрорегиону, куда входят Северо-Казахстанская, Карагандинская, Костанайская, Акмолинская области и столица, достался одному предприятию Карагандинской области. Затем сжиженный газ практически полностью исчез и в Костанае.

Чуть позже, в октябре прошлого года Министерство энергетики сообщило, что 65% газа продали электронные торговые площадки, и в очередной раз напомнило о том, что с января 2021 года в соответствии с законом «О газе и газоснабжении» весь объем голубого топлива будут продавать через электронные торги. В итоге, потребители сжиженного газа из северных и центральных областей сделали для себя неутешительный вывод о том, что проблема с дефицитом лишь усугубится.

А местные предприниматели обратились в Минэнерго с просьбой выработать новый механизм торгов, обеспечивающий потребности регионов Казахстана в физических объемах газа.

– В процессе электронных торгов наша область остается без сжиженного газа уже второй месяц, такая система перечеркивает все расчеты Минэнерго в потребности регионов. Мы сейчас не говорим о цене, а требуем обеспечить регионы газом исходя из потребностей, – заявлял в те дни депутат Мажилиса нескольких созывов, почетный гражданин Северо-Казахстанской области Иван Чиркалин.

В ответ с подробным комментарием выступил первый вице-министр энергетики Мурат Журебеков:

«В 2018 году принято решение о либерализации ценообразования, в связи с чем согласно закону «О газе и газоснабжении» с начала 2019 года стартовали торги сжиженного нефтяного газа через электронные торговые площадки (ЭТП). Также министерство энергетики ежемесячно формирует план поставки сжиженного нефтяного газа на внутренний рынок, в том числе вне ЭТП и через такие площадки.

Таким образом, реализуется поэтапный переход от государственного регулирования процедуры распределения и установления пороговых цен к рыночным способам насыщения внутреннего рынка сжиженного нефтяного газа и созданием баланса интересов между заводами-производителями и потребителями. На сегодняшний день доля сжиженного нефтяного газа, реализуемого на внутренний рынок через ЭТП, составляет 70% от потребления внутреннего рынка. Перейдя на биржу, мы исключили посредников. Сегодня сделка осуществляется между заводом-производителем и покупателем. Среди покупателей могут быть газосетевые организации, сами АЗГС и индивидуальные предприниматели. Поэтому, когда растет потребление, а производство остается на том же уровне, это вызывает рост цены. Сегодня рынок определил ту цену, которая есть на газовых заправках (средневзвешенная оптовая цена за тонну сжиженного года составила 151 тысячу тенге).

Оставшиеся 30% распределяются на внутренний рынок по регулируемой цене – 43 345 тенге/тонна с НДС. Средняя розничная цена по республике составляет 99 тенге/литр и должна варьироваться от 70 до 120 тенге/литр в зависимости от региона».

Касаясь вопроса дефицита топлива, вице-министр сообщил, что, на его взгляд, основной причиной является резкий рост числа автомобилей, переоборудованных под сжиженный газ, владельцы которых прельстились дешевой ценой на газ, существовавшей ранее:

«С 2019 года количество автотранспорта, переведенного на сжиженный нефтяной газ, к 2021 году выросло более чем в два раза. В 2019 году количество автомобилей, использующих сжиженный нефтяной газ, составляло 139 990 единиц, в 2021 году – 313 373 единиц. Стоит отметить, что для автомобилей сжиженный газ является лишь альтернативным видом топлива. При этом объемы производимого для внутреннего рынка газа остались на прежнем уровне, к примеру, в месяц производится около 120 тысяч тонн сжиженного газа при ежемесячной потребности 145 тысяч тонн. При такой низкой цене на газ и при таком активном росте потребления понятно, что мы столкнулись с таким дефицитом…»

Также в октябре прошлого года рыночными отношениями озаботился и акимат Мангистауской области (то есть, региона, в котором с января 2021 года действовал специальный меморандум, подписанный Министерством энергетики и ТОО «Казахский газоперерабатывающий завод, согласно которому максимальная цена за тонну газа не могла превышать 70 тысяч тенге). Сославшись на просьбы ассоциации реализаторов топлива, чиновники акимата предложили отменить как верхнюю, так и нижнюю пороговую границу цен на газ. Судя по всему, это предложение было в министерстве услышано, так как январские торги уже проводились в области на общих основаниях, что и дало тот самый пресловутый «внезапный» рост цен (ну а ТОО «Казахский газоперерабатывающий завод» закономерно принесло определенную прибыль). И как недавно сообщила газета «Время», непосредственно курировал этот вопрос вице-министр Жумабай Карагаев, который ранее неоднократно пересекался по работе с нынешним акимом Мангистауской области Нурланом Ногаевым, как в период совместной деятельности в Министерстве энергетики, так и в структурах акимата Атырауской области.

Было ли здесь допущено какое-либо серьезное правонарушение предстоит ответить следствию. Пока же теперь уже бывшего вице министра подозревают в злоупотреблении должностными полномочиями.

Между тем, ранее о необходимости отмены пороговых границ говорили сами предприниматели

– Справедливую цену на сжиженный газ должны определять рыночные спрос и предложение. В идеале весь объем сжиженного газа на внутреннем рынке должен продаваться через торговые площадки. А установление любых пороговых цен, будь то нижние или верхние, ведет к спекуляции или к исчезновению продукта. Продукт исчезнет, потребитель пострадает еще больше, – заявлял на страницах республиканских деловых СМИ директор ТОО «OilGasProject» Жарас Ахметов (кстати, экономист по образованию). Никаких возражений в ту пору ни от кого не последовало…

В общем, в сухом остатке мы имеем несколько странную ситуацию, при которой власти сначала полностью запутали процесс реализации газа различными ограничениями, затем устроили определенные преференции экспортерам из числа зарубежных компаний, создали дефицит на внутреннем рынке, а потом решили все экстренно исправить путем электронной коммерции. И уже после недовольства жителей Мангистауской области и вовсе пошли на странный шаг в виде административно-командных методов искусственного снижения цены даже ниже стоимости производства.

– Ситуация со сжиженным газом во многом схожая с бензином – рынок слишком долго сдерживали. С первого января 2022 года 100% торгов сжиженным нефтяным газом проходит через товарные биржи и в условиях биржевой торговли требовать вернуть цену в 60 тенге за литр по меньшей мере странно. Ведь Казахстан живет в условиях рыночной экономики, в рамках которой никакое регулирование цен, тем более на биржевой товар, невозможно, – удивлялся третьего января этого года эксперт-экономист Андрей Чеботарев.

Что же касается упомянутого в те дни «ценового сговора» среди предпринимателей (и в особенности владельцев АЗС), то, как предположили некоторые наблюдатели, доказать таковой после проведения открытых электронных торгов и установления новой официальной цены на газ будет весьма непросто. Но даже если этот факт будет доказан, максимум, что ждет нарушителей, это так называемый «оборотный штраф». То есть, возьмут их средний доход за 2021 году и взыщут процентов пять от этой суммы.

А вот что делать с проблемой в целом, похоже, новое-старое правительство еще не в курсе. Пока что, с 5 января были лишь установлены предельные цены на розничную реализацию сжиженного газа в зависимости от регионов – от 50–55 до 70–75 тенге за литр, а также снижена предельная оптовая цена с 38 до 28 тысяч тенге за тонну. Кроме того, 17 января принято решение о реализации газа вне электронной торговой площадки через план поставки на внутренний рынок на основе заявок местных исполнительных органов. Иначе говоря, это полумеры, которые (особенно в плане частичного отказа от электронных торгов) являются возвратом к ситуации образца примерно второй половины прошлого года. А что дальше? Разве что полностью отыграть назад в деле электронной газовой коммерции и продолжать регулировать цены на сжиженный газ в ручном режиме (в том числе, тщательно прислушиваясь к мнению автовладельцев из Мангистау), что вряд ли понравится производителям, да и отнюдь не решит проблему дефицита, подобную той, с которой столкнулась страна в разгар уборочной страды прошлого года. Только на тот раз аналогичная беда произойдет в разгар посевной… А уж как отреагируют на это и без того испытывающие далеко не лучшие времена фермеры – вопрос безусловно открытый. Возможно, будет произведена попытка уговорить иностранных производителей сократить объемы экспорта для большего насыщения внутреннего рынка (по крайней мере, в отношении ТШО такие планы были у Министерства энергетики еще в прошлом году). Правда, реакция на это предложение (даже если оно и последует) со стороны самих зарубежных владельцев тоже может быть самой различной.

В общем, испытания на прочность чиновников разного уровня, похоже, еще только начинаются, а общая ситуация в этой сфере, выражаясь языком шахмат, напоминает полный цугцванг, когда любой ход может привести еще к большему ухудшению положения на доске.

23:00
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Здесь будет ваша реклама
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.