Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz
$ 432.28 down
€ 490.16 down
₽ 5.89 down

Кому нужен «Самрук-Энерго»?

Кому нужен «Самрук-Энерго»?

Инвестиционная ценность энергетического холдинга по-прежнему весьма неопределенна

На днях, а точнее 24 января этого года ФНБ «Самрук-Казына» опубликовало «План мероприятий, разработанный во исполнение поручений Президента Республики Казахстан по дальнейшей трансформации и реформированию фонда». Как утверждается в пояснительной записке, «документ, утвержденный Правлением Фонда, содержит конкретные меры по реформе бизнес-процессов и практики корпоративного управления в портфельных компаниях» и в нем отражены все «системные меры».

Есть в числе «системных мер» и вопросы приватизации активов, а точнее – «вывода в конкурентную среду компаний фонда». Здесь стоит сразу отметить, что особо утруждать себя «изобретением велосипеда» топ-менеджеры ФНБ не стали и за небольшими нюансами просто творчески пересказали краткое содержание главы «Программа приватизации», содержащейся в годовом отчете АО «Самрук- Казына» образца 2020 года. Этот документ есть в свободном доступе на сайте KASE и при желании можно более подробно ознакомиться с хозяйственной стратегией руководства фонда за предыдущий период и сравнить ее с новыми планами. Принципиального расхождения по целому ряду вопросов там не будет, из чего можно предположить, что ощущение стабильности руководством фонда пока не утрачено. Тем более, что и в годовом отчете немало места отведено «программе трансформации» (предыдущей), которая, в свою очередь, является «одним из инструментов реализации Стратегии развития портфельных компаний и Фонда» и именно через нее решаются очередные бизнес-задачи и появляются новые инструменты, которые «конвертируются в выгоды для бизнеса»...

Что же до приватизации, то опять-таки, согласно отчету, «задача по сокращению доли государства в экономике Казахстана реализуется Фондом за счет активной реализации Комплексного плана приватизации путем передачи активов Группы Фонда в конкурентную среду». Упоминаются там «старый план приватизации», «новый план приватизации» (отличающейся от старого переносом сроков приватизации ряда компаний на период 2021–2024 годов»). Теперь, судя по всему, появился еще один, условно говоря, «новейший план приватизации», который 25 января прокомментировал журналистам управляющий директор по инвестициям, приватизации и международному сотрудничеству фонда «Самрук-Казына» Ернар Жанадил, особо выделив в своем комментарии вопросы передачи в конкурентную среду одного из стратегических активов компании – АО «Самрук-Энерго»:

«В 2019–2020 годах госкомиссия с учетом рекомендаций независимых консультантов согласовала способы передачи в конкурентную среду АО «Самрук-Энерго» путем прямых адресной продажи стратегическим инвесторам. Позднее, госкомиссия согласовала новые сроки передачи компании в конкурентную среду – в 2025 году. Вместе с тем, фонд в 2022 году планирует повторно рассмотреть вопрос целесообразности передачи «Самрук-Энерго» в конкурентную среду через IPO».

При этом, топ-менеджер ФНБ сразу оговорился, что о проведении IPO компаний исключительно в формате «Народное IPO» речь, скорее всего, идти не будет, так как «критерии «Народного IPO» в полной мере не отвечают стратегическим задачам фонда» и кроме того «международные инвесторы, вероятнее всего, негативно воспримут новость о приватизации крупнейших госкомпаний исключительно в формате «Народного IPO», что в целом негативно повлияет на инвестиционную привлекательность Казахстана».

В общем, пока становится понятно, что руководство ФНБ в очередной раз пытается ускорить процесс приватизации «Самрук-Энерго». Процесс, надо сказать, многострадальный и неоднократно подвергавшийся весьма существенным корректировкам. Поэтому, пожалуй, будет нелишним чуть более подробно взглянуть, что именно планируется выставить на приватизацию на этот раз и по каким причинам не удавались все предыдущие попытки.

Для справки

Акционерное общество «Самрук-Энерго» – это образованный в 2007 году государственный холдинг по управлению электроэнергетическими активами в Казахстане. Один из крупнейших по объему продаж субхолдингов ФНБ «Самрук-Казына». В настоящее время включает в себя 20 компаний, среди которых ‎Экибастузские ГРЭС-1 и ГРЭС-2», АО «Актобе ТЭЦ», «Алматинские электрические станции», АО «Алатау Жарык Компаниясы» (бывшее АПК), «‎Шардаринская ГЭС», «‎Капшагайская ГЭС», а также ТОО «‎АлматыЭнергоСбыт» и ТОО «‎Богатырь Комир» (на паях с компанией «Русал»). Таким образом, на долю АО «Самрук-Энерго» приходится порядка 31% вырабатываемой электроэнергии страны и 40% всего казахстанского угля…

Немного отвлекаясь от основной темы замечу, что некоторые активы, входящие в состав АО «Самрук-Энерго», периодически подлежали приватизации что называется по «индивидуальному плану». Например, это касается АО «Актобе ТЭЦ», которое еще в прошлом году планировали пристроить в «доверительное управление» для начала с реализацией до 50% акций АО, а впоследствии, с правом выкупа выкуп до 100% акционерного капитала. (Более подробно см. материал «Чинить нельзя построить». Часть десятая» от 11.01.2022 года).

Теперь, в случае, если головное АО «Самрук-Энерго» все-таки смогут приватизировать со всеми активами «чохом», то, возможно, планы вычленения из его состава тех или иных объектов будут пересмотрены.

Отдадим энергетику в «хорошие руки»

Что же касается приватизации самого головного АО, то здесь прослеживается весьма любопытная история.

Впервые о таковой заговорили еще в марте 2013 года, когда тогдашний министр экономики и бюджетного планирования Ерболат Досаев сообщил в Мажилисе о том, что пакет акций «Самрук-Энерго» может быть размещен в рамках «народного IPO» (в рамках программы предпочтение отдавалось казахстанским розничным инвесторам) во второй половине 2013 года. Тогда стандартной опцией при приватизации был пакет в 10% акций минус одна акция – именно на таких условиях прошло «народное IPO» нацкомпаний «КазТрансОйл» в 2012 году и «KEGOC» в 2014 году. Затем, очевидно планы поменялись, и некоторое время о приватизации энергоактивов ничего слышно не было.

К теме вернулись лишь в декабре 2019 года, когда управляющий директор ФНБ «Самрук-Казына» Алмасадам Саткалиев, рассказывая журналистам о ходе приватизации дочерних компаний ФНБ, упомянул о том, что «в самом ближайшем будущем на торги будут выставлены акции и АО «Самрук-Энерго».

Затем снова тишина до июня 2020 года, когда в ходе своего брифинга Алмасадам Саткалиев сообщил, что государственная комиссия определила срок приватизации «Самрук-Энерго» на 2021 год с возможностью продажи до 100% акций. Конкретный пакет акций и их стоимость будут определены с помощью международных консультантов.

– Они уже проделали большую предварительную работу. Мы, конечно, будем держать заинтересованные стороны в курсе дела, как только у нас будут более-менее согласованные с правительством подходы и ориентиры…

Вполне возможно, что эти самые «ориентиры» впоследствии были заложены в тексте знаменитого документа «Совместная декларация Правительства Республики Казахстан и Правительства Объединенных Арабских Эмиратов о создании долгосрочного стратегического партнерства для развития проектов в приоритетных отраслях», одобренного постановлением Правительства РК 8 октября 2021 года. (Правда, количество предусмотренных к реализации акций несколько скорректировалось).

«Для целей реализации стратегических инвестиционных проектов в сфере электроэнергетики Правительством РК, как акционером Фонда национального благосостояния Республики Казахстан «Самрук-Казына», разрешается отчуждать до 39% акций АО «Казахстанская компания по управлению электрическими сетями» (Kazakhstan Electricity Grid Operating Company) «KEGOC» и до 49% акций АО «Самрук-Энерго» и (или) активов группы компаний АО «Самрук-Энерго»; Стороны признают, что правительство Республики Казахстан намерено осуществить прямую адресную продажу до 100 (сто) процентов государственных долей участия в уставном капитале ТОО «АЭС Шульбинская ГЭС» (далее – ШГЭС) и ТОО «АЭС Усть-Каменогорская ГЭС» (далее – УКГЭС, совместно с ШГЭС именуемые «гидроэлектростанции») консорциуму инвесторов Абу-Даби и казахстанских инвесторов…» – говорилось в тексте декларации.

Достаточно туманный документ (к тому же вызвавший далеко неоднозначную реакцию как в экспертной среде, так и в казахстанском обществе в целом) даже вынесли на ратификацию в парламент, что уже само по себе было юридическим нонсенсом, так как до сего времени ратифицировать по сути «договор о намерениях» в мировой практике как-то было не принято.

Проект закона «О ратификации Совместной декларации Правительства Республики Казахстан и Правительства Объединенных Арабских Эмиратов о создании долгосрочного стратегического партнерства для развития проектов в приоритетных отраслях» был отозван из Мажилиса 10 января этого года. Так что, возможно, намеченное было создание нового энергетического холдинга, совместного венчурного фонда в 100 миллионов долларов и развитие «сетевых ферм» и прочие проекты общей стоимостью 6 миллиардов долларов США, так и останутся проектами. А продекларированную в общей программе действий модернизацию ТЭЦ-2 АО «Алатау Жарык Компаниясы» в очередной раз придется либо отложить, либо проводить ее своими силами и за свой счет.

И вот опять новая весточка о возможной приватизации головного АО. В этой связи, неминуемо возникает вопрос: что именно планируется передать «в конкурентную среду» и какие показатели своей финансово-хозяйственной деятельности декларирует руководство энергетического конгломерата?

Рисковая энергодеятельность

В своем энергетическом отчете за первое полугодие 2021 года, (также представленном на KASE) АО «Самрук-Энерго» сообщило о том что объем производства электроэнергии энергопроизводящими организациями, входящими в структуру АО, за этот период составил 17 891,1 млн кВтч, что на 25,8% больше прошлогодних показателей за аналогичный период.

Затем компания отмечает «быстрое сокращение имеющихся резервов мощности» на фоне роста потребления (в среднем 4% за 2017–2020 годы, или на 600 МВт ежегодно).

«По проведенному анализу, в динамике потребления электрической энергии республики в январе-июне 2021 года наблюдался рост на 6% в сравнении с показателями января-июня 2020 года. Так, в северной зоне республики потребление увеличилось на 6%, в южной на 10% и в западной на 2%.» Как следствие, предсказывается «назревающий в отрасли дефицит электрической мощности… При этом, уже сейчас в ЕЭС Казахстана наблюдается дефицит регулировочной мощности порядка 1000 МВт».

Что же касается основных финансовых показателей, то, по данным KASE на 1 апреля 2021 года, совокупные активы АО «Самрук-Энерго» составили 888,4 миллиарда тенге, совокупные обязательства – 381,2 миллиарда тенге. Собственный капитал сложился в размере 507,2 миллиарда тенге. Чистая прибыль компании превысила 16,6 миллиардов тенге.

Любопытно, что по состоянию на 31 марта 2021 года, основные средства с балансовой стоимостью 6 миллиардов 36 миллионов 147 тысяч тенге были предоставлены в залог в качестве обеспечения по займам, полученным группой от АО «Банк развития Казахстана».

Кредиторская задолженность по основной деятельности и прочая кредиторская задолженность на эту же дату составила 13 миллиардов 430 миллионов 752 тысячи тенге (уменьшившись по сравнению с 2020 годом, когда ее размер превышал 19 миллиардов тенге).

Задолженность по заработной плате составила 1 миллиард 263 миллиона 112 тысяч тенге (здесь тоже есть небольшой прогресс, так как ранее зарплатный долг превышал 1,5 миллиарда тенге).

Некоторые подробности имеющихся у АО проблем можно найти в документе под названием «Сокращенная отдельная промежуточная финансовая отчетность (неаудированная)» от 31 марта 2021 года.

В частности, там сообщается о том, что «29 октября 2019 года Компания приобрела 50%+1 акция АО «Балхашская ТЭС» (далее – «БТЭС») у Samsung C&T и стала владельцем 100% доли в БТЭС. На момент приобретения, БТЭС находился на грани банкротства, а также фактически не осуществляла значимой деятельности. Начиная с 2017 года, кредиторы и поставщики неоднократно подавали в суд из-за неплатежеспособности БТЭС, что в свою очередь привело к наложению ареста на имущество, а также значительно ограничило деятельность БТЭС. 6 декабря 2019 года по решению суда был назначен временный управляющий для контроля и ведения процесса банкротства. Ввиду введения карантинных мер и мер, принятых Государством для поддержки национальной экономики, постановлением Правительства Республики Казахстан от 14 июля 2020 года №443 было предписано приостановить до 1 октября 2020 года подачу в суд кредиторами в лице государственных органов и субъектов квазигосударственного сектора заявлений о признании банкротами юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, в связи с чем процедура банкротства БТЭС была временно приостановлена. По состоянию на 31 марта 2021 года судебные разбирательства по признанию БТЭС еще не разрешены в полном объеме ввиду наличия у кредиторов прав на кассационное обжалование и, таким образом, по мнению руководства, Группа не имеет контроля, и инвестиции в БТЭС полностью обесценены».

Кроме того, упоминается история давних проблем по задолженности перед акиматом Алматы (связанных с вопросом принятия на баланс электрических сетей, находящихся в коммунальной собственности города).

«В 2009 году АО «Алатау Жарык Компаниясы» (далее – «АЖК») участвовало в судебном процессе с акиматом города Алматы о погашении задолженности АЖК перед акиматом. 14 февраля 2014 года акимат и АЖК подписали мировое соглашение о порядке урегулирования задолженности АЖК перед акиматом. При этом, в счет погашения своей задолженности АЖК, кроме прочего, обязуется принять в собственность электрические сети, находящиеся в коммунальной собственности и доверительном управлении акимата. Сумма обязательств АЖК перед акиматом, за вычетом всех выплат, произведенных в течение предыдущих лет в рамках мирового соглашения, на 31 марта 2021 года составляет 5 миллиардов 841миллионов 514 тысяч тенге. На 31 марта 2021 года принятие в собственность электрических сетей не было завершено. Группа прекратит признание данного обязательства, когда она будет освобождена от выплат, т.е. в момент исполнения всех действий сторонами мирового соглашения, а именно в момент принятия в собственность электрических сетей от акимата. При этом Группа признает прибыль от списания обязательства в размере 5,841,514 тысяч тенге».

Еще некоторые подробности можно найти в другом документе, озаглавленном «Финансовая информация специального назначения» (это разновидность финансовой отчетности по специальному регламенту, то есть особая форма аудита), подготовленном TOO «ПрайсотерхаусКуперс» по итогам 2020 года.

В перечне общих рисков там уже стандартно указываются антиковидные меры. Способные, кстати, влиять на рост тарифов:

«Меры, направленные на сдерживание распространения и воздействия COVID-19, серьезно ограничивают экономическую активность в Казахстане, оказывают негативное влияние и могут продолжать оказывать негативное влияние на бизнес и клиентов Группы в течение неизвестного периода времени. Соответственно, могут сократить будущие потоки денежных средств или увеличить операционные и прочие расходы, а также повлиять на характер регулирования тарифов на электроэнергию для поддержки экономики».

Ну а в числе примеров убытков, помимо уже известной нам Балхашской ТЭС и серьезных рисков, связанных с инвестициями в АО «Экибастузская ГРЭС-2», особо выделена ситуация с инвестициями в геологоразведочное ТОО «Тегис Мунай»:

«Компания признала убыток от обесценения инвестиции в ТОО «Тегис Мунай» в размере 704 миллиона 664 тысяч тенге. В соответствии с решением Совета директоров АО «Самрук-Энерго и согласно договору купли продажи от 30 октября 2012 года общество приобрело 100% доли участия в уставном капитале ТОО «Тегис Мунай» и права на разработку газового месторождения «Придорожное» в Южно-Казахстанской области. Прогнозируется, что добыча природного газа начнется в 2024 году, и предполагается, что 65% добычи газа будет направляться на экспорт ежегодно, начиная с 2024 года. Перенос сроков начала добычи газа связан с тем, что контрактная территория входит в территорию Южно-Казахстанской государственной заповедной зоны, где запрещено проведение работ по обустройству и разработке месторождения, до вывода территории из состава заповедной зоны. 30 декабря 2020 года Компанией получено Свидетельство о наступлении обстоятельств непреодолимой силы от ТОО «Внешнеторговая палата Казахстана», входящее в состав НПП «Атамекен», подтверждающее что ТОО «Тегис Мунай» не может исполнять обязательства по Контракту недропользования, до вывода контрактной территории из заповедной зоны и не может проводить операции по недропользованию. Обстоятельство непреодолимой силы действует до вывода контрактной территории из заповедной зоны».

Помимо констатации различных убытков в отчете содержится информация и о вознаграждениях ключевого руководящего персонала. Таковым считаются пять человек топ-менеджеров, которым за три месяца 2021 года было выплачено 45 миллионов 79 тысяч тенге в качестве зарплаты и премий. (Для сравнения, за аналогичный период 2020 года по этой же графе было выплачено 29 миллионов 838 тысяч тенге, так что индексация присутствует.)

Что же до конкретных персоналий, то согласно выписки из реестра KASE, после избрания в апреле 2021 года председателем совета директоров АО Болата Акчулакова пятерка членов СД выглядела следующим образом: Болат Акчулаков, Андрей Кравченко, Сунгат Есимханов, Андреас Сторзел и Хоакин Галиндо Велез.

Правда, на днях, пресс-служба ФНБ «Самрук-Казына» сообщила о том, что в числе нескольких других управленцев Андрей Кравченко покинул должность управляющего директора по правовому сопровождению и рискам ФНБ. И как отразится это кадровое решение на его позициях в АО «Самрук-Энерго» пока неизвестно.

В принципе, к кадровым перестановкам в АО «Самрук-Энерго» было не привыкать и чем-то незыблемым состав его руководства никогда особо не был.

Особенно решительные рокировки происходили после сильных скандалов, как это было, например, в 2018 году, когда тогдашний председатель правления ФНБ «Самрук-Казына» Ахметжан Есимов распорядился освободить от занимаемой должности управляющего директора по экономике и финансам «Самрук-Энерго» Кайрата Максутова, а также лишить годовых бонусов и объявить выговор председателю правления АО «Самрук-Энерго» Алмасадаму Саткалиеву за упущение в работе. Заодно было дано указание привлечь к дисциплинарной ответственности управляющего директора по финансам и учету «соседнего» АО «KEGOC» Айбека Ботабекова. Незадолго до этого заседания лишились своих постов и еще два топ-менеджера АО «Самрук-Энерго» – Серик Нургожаев и Ерсаин Оспанов.

Характерно, что тогда пресс-служба АО объяснила их отставки исключительно с «соблюдением корпоративных процедур» и призвало «не связывать это напрямую с ситуацией в «Qazaq Banki».

Дело в том, что в 2017 году АО «Самрук-Энерго» разместило 7,2 миллиарда тенге на депозитах в АО «Qazaq Banki», что составляла 15,9% от денежных средств энергохолдинга. Вместо заветных процентов, в 2018 году АО «Самрук-Энерго» получило процесс принудительной ликвидации банка и хоть большую часть средств через некоторое время удалось вывести, около десяти миллионов тенге так и остались на заблокированных банковских счетах.

Уже после преодоления «депозитного кризиса» досрочно были прекращены полномочия и председателя совета директоров АО «Самрук-Энерго» Куаныша Бектемирова, чье кресло занял Алик Айдарбаев (который, впрочем, поработал на этом посту всего полгода, после чего перешел на должность председателя правления НК «КазМунайГаз»).

Кстати, в том же 2018 году стало известно о довольно слабых результатах хозяйственной деятельности энергохолдинга, что во многом связывалось с убыточной деятельностью по производству электроэнергии (то есть, одной из основных деятельностей компании). Согласно аудированной финансовой отчетности за 2018 год, АО получало 60% своих доходов от производства электро- и тепло энергии, при этом данный операционный сегмент имел «убыток до налогообложения от продолжающейся деятельности» в сумме 38 миллиардов тенге.

Нечто похожее повторилось и в 2019 году (после принятого правительством снижения тарифов на электроэнергию для уменьшения роста инфляции). Как указывалось в отчетных документах того периода, валовая прибыль компании за девять месяцев 2019 года по сравнению с аналогичным периодом 2018 года снизилась на 43,4%. При этом, 10% падения пришлось на уменьшение физического производства электроэнергии из-за снижения экспорта в Россию. Однако, остальные 33% падения валовой прибыли произошли за счет снижения тарифов на электроэнергию. Поэтому, в числе потенциальных рисков стало упоминаться возможное затруднение с дальнейшими инвестициями. В принципе, определенная логика в этом была, ведь нерентабельность бизнеса, в том числе означает и то, что у компании нет своих денег, чтобы модернизировать старые генерирующие и передающие активы и инвестировать в новые активы. При этом, у такого нерентабельного бизнеса очень мало возможностей занять денег на фондовом рынке или в банковском секторе.

Возможно, пытаясь как-то стабилизировать общее финансовое состояние, руководство АО прибегало к образно говоря «дифференцированным» способам продажи электроэнергии. В результате, в сентябре 2020 года депутат Мажилиса Меруерт Казбекова обвинила АО «Самрук-Энерго» в том, что эта структура в нарушение законов об электроэнергетике и конкуренции навязывает предпринимателям вместе с дешевой электроэнергией ГРЭС-1 стоимостью 5,76 тенге/кВтч более дорогое электричество ГРЭС-2 по цене 7,31 тенге/кВтч.

Также отмечалась деятельность посреднических организаций:

«Казахстанские предприятия не имеют возможности напрямую покупать электроэнергию и вынуждены пользоваться услугами посредников. На сегодняшний день в Госрегистре субъектов естественных монополий состоит 171 энергопередающая организация, следствием этого является отсутствие снижения тарифа на электрическую энергию для потребителей. Аналогичная ситуация сложилась и на рынке розничной реализации электрической энергией. После неоднократных запросов был ликвидирован один из посредников – АО «Астанаэнергосервис». Однако, его функции были переданы аналогичному ТОО «Астана калалык жарык». В результате ожидаемого снижения тарифов для столичных потребителей не произошло. Деятельность таких государственных электроснабжаюших организаций приводит к недобросовестной конкуренции…»

В общем, положение на энергетическом рынке страны с каждым годом становилось все более проблематичным и запутанным. А предсказываемый дефицит электроэнергии, по оценкам самих энергетиков, вполне может «аукнуться» в следующий отопительный период:

«При сохранении текущих темпов в следующий отопительный период в ЕЭС РК не будет резервов мощности, что чревато ограничениями в электроснабжении», – говорится в сообщении «Самрук-Энерго», опубликованном в конце прошлого года.

Кроме того, неопределенность вокруг тарифов на мощность ставит под вопрос реализацию планируемых инвестиционных проектов (таковых в планах «Самрук-Энерго до 2026 года значится пять (три из них как раз в рамках рынка мощности). Это строительство третьего энергоблока на Экибастузской ГРЭС-2 мощностью 636 МВт, реконструкция Алматинской ТЭЦ-1 АлЭС с увеличением мощности до 250 МВт и модернизация Алматинской ТЭЦ-2.

Для покрытия дефицита в декабре прошлого года, Министерство энергетики РК анонсировало планы организации аукционных торгов по импорту электроэнергии. А вот вопрос с инвестициями в магистральные и распределительные сети Казахстана пока остается открытым. Несмотря на то, что устаревшее оборудование и топология электрических сетей являются причинами высоких потерь, доходящих до 17,52% по сравнению с 2–6% в странах Европы. При этом, степень износа, как в электросетевом, так и в тепломеханическом оборудовании в настоящее время достигает на некоторых объектах до 80%...

В этой связи настойчивое желание государства передать столь проблемный актив в «конкурентную среду» вполне объяснимо. А вот насколько компания с достаточно нестабильными показателями, целым ворохом застарелых проблем и прямой зависимостью от капризов своих регуляторов способна заинтересовать серьезного инвестора – это уже вопрос. И здесь возможны лишь два варианта: либо этот инвестор назначается волевым решением (что в нынешних условиях вряд ли возможно), либо придется идти на серьезные уступки как в цене, так и в дальнейших «правилах игры» – тарифообразовании, экспортно-импортных операциях, налогообложении и так далее (судя по всему, такая попытка могла быть с отмененным «арабским проектом»). Но насколько такой вариант может быть применен к такой стратегической отрасли как энергетика – вопрос третий и, пожалуй, самый главный. Ответ на который, похоже, так и не смогли найти все предыдущие годы.

Кстати, в планах приватизации значится и другой энергохолдинг страны – оператор магистральных электрических сетей Казахстана АО «KEGOC», включающий в себя три дочерние компании. Поэтому будет нелишним взглянуть и на его текущую жизнедеятельность, а заодно прикинуть некоторые возможные перспективы…

(Продолжение следует)

13:50
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Здесь будет ваша реклама
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.