Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz Актуальные новости Казахстана - turanpress.kz
$ 432.28 down
€ 490.16 down
₽ 5.89 down

Зима. Спортсмен не торжествует

Зима. Спортсмен не торжествует

В конце февраля этого года президент Касым-Жомарт Токаев принял председателя Счетного комитета Наталью Годунову, которая помимо обсуждения других вопросов доложила главе государства об итогах аудита эффективности использования средств, выделенных на подготовку к Олимпийским играм 2020 в Токио (поручение о проведении подобной проверке было дано президентом в октябре прошлого года). Детальных подробностей не оглашалось; единственное, что попало в официальное коммюнике Ак-Орды, это лишь информация о том, что «в Комитете спорта аудитом всего были охвачены расходы в сумме 125 миллиардов тенге».

Чуть ранее, в конце января нынешнего года, об итогах аудита, проведенного в системе Национального олимпийского комитета, вкратце проинформировал генеральный секретарь НОК Андрей Крюков, отметив, что хоть озвучивание результатов является прерогативой самого СК, от себя он хочет сообщить, что хищений средств выявлено не было:

«Есть некоторые претензии к процессуальным моментам, есть бюрократические вещи выявленные. И нами составляется план корректирующих действий по их устранению, мы работаем над ним. Но каких-то хищений и нецелевого использования проверка не подтвердила…»

Действительно, вопрос о целевом и не целевом использовании средств является весьма тонкой материей. Вот, как с точки зрения не только буквы закона, но и его «духа», классифицировать включение в состав делегации на игры в Пекин некоторых сотрудников НОК, таких, например, как главного менеджера департамента международных отношений НОК Тогжан Хамзиной, которая во время Олимпиады откровенно исстрадалась в социальных сетях от скуки и тоски:

– А для тех, кто спрашивает меня, что я делаю на Олимпиадах – я делаю селфи, – информировала своих подписчиков спортивный функционер, правда чуть позже подобные посты удалила, забыв, что их скрин-копии уже успели весьма широко разлететься по страницам казахстанских (и не только) масс-медиа.

То есть, посмотришь формально – вроде целевое использование средств, (международный департамент, все чин по чину), глянешь по факту – деньги на командировку подобных сотрудников выброшены впустую.

Собственно, примерно так во многом и происходило финансирование зимних видов спорта в Казахстане в течение достаточно продолжительного периода времени. Когда вколачивание приличных сумм осуществлялось без консультаций с самими спортсменами, их тренерами и уж тем более без оглядки на долгосрочную перспективу, то есть развитие детского спорта. Распорядителям хотелось немедленной отдачи и личной сопричастности к успеху, а вот «играть в долгую» желания, похоже, не было вовсе.

К вопросу ДЮСШ и подобных кузниц спортивных кадров мы вернемся чуть позже, а пока вкратце вспомним, как проходила не побоюсь этого слова деградация зимних видов в течении последних двух десятков лет.

Вверх по лестнице, ведущей вниз…

Когда-то спортсмены Казахской ССР, выступавшие в составе общесоюзных сборных, показывали вполне достойные результаты (достаточно, например, вспомнить Ивана Гаранина, добывшего в лыжных гонках две медали на Олимпиаде в Инсбруке в 1976 году). Впоследствии эту традицию продолжил лыжник Владимир Смирнов, завоевавший уже в составе сборной суверенного Казахстана три медали (одну золотую и две серебряные). Это произошло в 1994 году. В 1998 году опять отличился Смирнов, но уже с бронзой, еще одну бронзовую медаль принесла в копилку конькобежка Людмила Прокашева.

Затем наступил период стагнации. С трех последних Олимпиад наши спортсмены возвращались с одной медалью, а до этого на двух играх подряд и вовсе оставались без наград.

Спортивными экспертами это объяснялось достаточно просто: к началу нового века воспитанники советского спорта либо завершили карьеру, либо достигли критического возраста. А тяжелая социально-экономическая ситуация, сложившаяся в стране в 1990-х, явно не способствовала подготовке качественного олимпийского резерва, особенно в зимних видах, которые требуют более существенных финансовых вложений, чем летние. И это обстоятельство не могло не оказать своего негативного влияния: результаты казахстанских «зимников» на международных соревнованиях резко ухудшились…

– Сейчас можно с уверенностью говорить, что багаж старой советской системы подготовки спортсменов, на котором Казахстан выезжал на предыдущих Олимпиадах, закончился, – согласен с такой оценкой ситуации известный казахстанский спортивный журналист Альберт Ахметов, публикующий по этому вопросу достаточно обстоятельные исследования в республиканских спортивных изданий.

«Если в летние виды государство хотя бы вкладывает средства, то зимние виды спорта развиваются за счет энтузиастов. Поэтому сегодня сложно представить, стала бы команда Казахстана по шорт-треку одной из лидирующих в Кубке мира, если бы не труд и вера в общий успех главного тренера Мадыгали Карсыбекова. Казахстанские фристайлисты-могулисты не были бы ведущей командой в мире, если бы не тренеры Виктор Лемешко и Елена Круглыхина. А на зимней Олимпиаде 2014 года в Сочи Казахстан остался бы без медалей, если бы Оксана Тен не увезла золотого мальчика Дениса (трагически погибшего в 2018 году) к зарубежным тренерам по фигурному катанию», – пишет Алберт Ахметов.

И действительно, с зимней Олимпиадой 2014-го в Сочи связывалась большие надежды. Ведь годом раньше на чемпионатах мира по зимним видам спорта казахстанские атлеты завоевали четыре награды: «золото» получил конькобежец Кузин на дистанции 1000 метров, «серебро» – фигурист Тен, две «бронзы» – лыжники: Полторанин с Чеботько отличились в командном спринте, а затем Алексей Полторанин финишировал третьим в гонке классическим ходом на 50 километров.

В итоге Олимпиада принесла лишь утешительную бронзу Дениса Тена. Остальным спортсменам из числа потенциальных призеров олимпийская планка, к сожалению, оказалась слишком высока.

И в очередной раз стали раздаваться недоумевающие голоса, требующие разобраться – почему при таком количестве медалистов олимпийские результаты страны выглядят столь плачевно?

C медалистами, действительно, в стране дело обстоит неплохо. Хорошие результаты показываются как выездных соревнованиях, так и на «домашних». Здесь достаточно вспомнить феноменальные результаты зимних Азиатских игр 2011 года, на которых казахстанские спортсмены завоевали 70 медалей (32 золотые, 21 серебряную, 17 бронзовых).

К сожалению, Азиада-2011 года впоследствии запомнилась не только радостью спортивных побед, но и целой серией громких коррупционных скандалов.

Напомню, что на организацию Азиады Казахстан тогда потратил 1,65 миллиарда долларов, или 233,5 миллиарда тенге. Примечательно, что сумма общих расходов оказалась сопоставимой с расходами на организацию зимних Олимпийских игр в итальянском Турине (2006 год) и канадском Ванкувере (2010 год).

Поэтому, наверное, мало кого удивило последующее расследование, в ходе которого один из непосредственных организаторов мероприятия был признан в хищении трех миллионов долларов государственных средств, затем всплыли многочисленные фиктивные расходы на инфраструктуру.

В итоге, полугодовое расследование привело к практически году судебных процессов разной степени масштабности и реальным срокам заключения для тех, кто еще недавно рассказывал с трибун «о триумфе казахстанского спорта».

Затем пришло время Всемирных студенческих зимних игр 2017 года. Право на их проведение Казахстан (подававший заявку в 2011 году), собственно, выиграл случайно, после того как от участия отказался итальянский город Трентино (власти Италии тогда заявили о тяжелой экономической ситуации в стране). Так что Казахстан с его «легкой экономической ситуацией» оказался единственным претендентом на проведение игр стоимостью 500 миллионов долларов США.

Результат Универсиады был также впечатляющим – 36 медалей: 11 золотых, 8 серебряных и 17 бронзовых. Причем лидерство нашей страны было предсказано многими экспертами заранее, сразу после ознакомления с составом сборных.

«Главными претендентами на первое место в неофициальном командном зачете, который еще называют медальным, является Казахстан. А вот Норвегия, Канада, США, Германия, Швеция, Австрия, Франция, диктующие мировую моду в зимних видах спорта, вряд ли могут рассчитывать на что-то серьезное в Алматы. Дело в том, что в казахстанскую делегацию включены практически все лидеры национальных сборных, за исключением лыжника Алексея Полторанина и фигуристки Элизабет Турсынбаевой. А вот составах сборных большинства других стран доминируют спортсмены-любители», – отмечала в те дни спортивная пресса.

Кстати, проявила «смекалку» и Российская Федерация, правда, чуть в более скромных нежели Казахстан размерах. В заявке России тоже значились профессиональные, но малоизвестные спортсмены, которые не входят в национальные сборные РФ.

В общем, тогда в лидерах предсказуемо оказалась наша держава, а спортивные чиновники всех ранжиров начали бодро почивать на лаврах и думать – что бы еще такое провести?

Конечно же, мечталось о собственной Олимпиаде (напомню, что ранее Казахстан уже подавал заявку на проведение зимних Олимпийских игр 2014 года, но проиграл в конкурсном отборе Сочи).

Зато нешуточная борьба завязалась за проведение Олимпийских игр 2022 года. В 2015 году, когда происходил сбор заявок, свое желание принять участие заявили Стокгольм, Краков, Львов, Осло и Пекин. Впоследствии, все эти города, кроме столиц Китая и Норвегии, решили снять свои кандидатуры. В результате, некоторое время фаворитом считался Осло, но затем правительство страны отказалось от финансовых гарантий – находившаяся у власти Консервативная партия заявила, что есть более полезные способы потратить бюджетные средства. И наконец, в борьбе между Пекином и Алматы победила китайская столица (причем, с перевесом всего в четыре голоса). Как выяснилось позже, определенную настороженность членов жюри, вызывало настойчивое желание тогдашнего президента Нурсултана Назарбаева провести Олимпиаду сразу в двух городах – Алматы и Астане.

И даже когда президента удалось убедить в том, что надо сосредоточиться лишь на одном городе, и казахстанская заявка была немного скорректирована в плане географии, похоже, ряд членов международного жюри уже сделали свой внутренний выбор в пользу Пекина.

Может, оно и к лучшему, так как помимо отсутствия серьезных притязаний на награды само проведение Олимпиады могло быть либо сорвано из-за внезапных трагических событий в январе. На самом деле, проведение игр на фоне горящих административных зданий и беснующихся толп погромщиков выглядело бы достаточно экзотично даже для сегодняшнего, не сильно отличающегося адекватностью времени…

Впрочем, это уже фантазии, да и история, как известно, сослагательных наклонений не терпит. В том числе и история спортивная.

Утраченные иллюзии

Итак, еще раз напомню, что пока спортивные чиновники всех ранжиров и комитетов отчаянно боролись за право на проведение в Казахстане олимпиад, ситуация с развитием спорта внутри страны становилась все плачевней и плачевней.

– В казахстанских прыжках с трамплина есть большая проблема с массовостью. Например, в Норвегии 1500 действующих прыгунов с трамплина, а в Казахстане если наберется 60 человек, то уже хорошо, – вздыхал главный тренер сборной Казахстана по прыжкам на лыжах с трамплина Кайрат Биекенов и уточнял некоторые причины:

– Берем из тех, кто у нас есть в Алматы. Детские трамплины в Алматы построили только 11 лет назад, в Щучинске не хватает малых трамплинов, чтобы развивать школу. Лидер команды Ткаченко родом из Риддера, но там нет спортсооружений для прыжков, очень сложно развиваться. Было бы хорошо привлечь специалиста, открыть ДЮСШ по прыжкам с построением детских трамплинов, это могло бы давать основания надеяться на медали в прыжках на лыжах с трамплина…

– Тут и расчетов делать больших не приходится, потому что для летних видов у нас созданы практически в каждом регионе залы. То, что касается зимних видов. У нас единственный, видите, каток крытый «Алау» в столице. С введением таких катков в регионах мы перекрываем сразу практически 3–4 вида. Конькобежный спорт, шорт-трек, фигурное катание, хоккей, керлинг. Но таких катков не было и нет. Может быть, правительство не понимает, что за счет того, что один раз вложившись, мы экономим в последующем большие деньги? – говорила бронзовый призер зимних Олимпийских игр-1998 Людмила Прокашева, а заодно поднимала извечный вопрос дефицита тренеров:

– У нас разработаны такие нормативные акты, чтобы молодой человек, который окончил институт, пришел работать, у него должно быть три года стажа, а где он его заработает? Плюс приходит молодой человек, зарплата у него на сегодняшний день, скажем так, без стажа, без званий, обычный молодой человек, который приходит в спорт, у него зарплата на 1 группу начальной подготовки будет в пределах 100 000 тенге. Он понимает, что пойдет в другую сферу и будет зарабатывать гораздо больше...

Сами спортсмены и тренеры довольно часто приводят в качестве показательного примера ситуацию в городе Щучинск Акмолинской области, где еще в середине 80-х годов было 60 тренеров, вырастивших целую плеяду выдающихся спортсменов попавших в сборные команды страны.

К 2014 году в том же Щучинске осталось всего две ДЮСШ, имеющие секции зимних видов спорта (лыжные гонки, полиатлон, биатлон), расположенные в разных районах города.

«В ДЮСШ лишь три тренера по лыжным гонкам. Далеко уже не молодые тренеры Кондратьев Л.К. и Морозова Г.В., да 70-летний заслуженный тренер РК Смагин А.П. В областной школе олимпийского резерва (ОСДЮШОР) такая же картина: два из трех тренеров – ветераны, давно находящиеся на пенсии, Жиров Е.П. и Шерстнев А.И.», – писала в те годы областная пресса.

Особо добрым словом поминали и долгострой со спортивной базой стоимостью в 38 миллиардов тенге, строительство которой продолжалось целых десять лет.

Ответственные лица с этими доводами охотно соглашались и не менее охотно перекладывали вину на других ответственных лиц:

– Действительно, в зимних видах спорта ситуация с резервом еще хуже, чем в летних. Даже в северных регионах, к сожалению, зимним видам не уделяют достаточно внимания. Поэтому массовость в зимних видах оставляет желать лучшего, нужно усилить работу регионам. Зима хорошая в стране, но спорт зимний развивается не так быстро и хорошо, как хотелось бы, многие областные акиматы не уделяют этому должного внимания, – рассказывал журналистам в сентябре 2021 года директор дирекции спорта НОК РК Ельсияр Канагатов.

В самих акиматах, правда, на этот счет было немного свое видение:

– У нас есть зима, но нам не хватает хорошей организованности, структуры спорта, которую нельзя просто взять и сделать за пару лет. У нас постоянно что-то меняется в программах министерства. Для того, чтобы спорт высших достижений развивать в стране, нужно сделать хороший анализ, нужно задачу поставить каждой области – в какой области и какие виды спорта будут. Необходима хорошая программа, которая выполнялась бы планомерно из года в год. Для всего этого, естественно, нужны новые финансы, новые спортивные объекты, поменять соревновательный календарь. Его нужно сделать больше международным, потому что, когда мало конкуренции – очень тяжело находить таланты. У нас хорошие традиции и надо, конечно, развивать их дальше, не останавливая. И когда на Олимпийских играх страну представляют всего два лыжника среди мужских команд – и даже нет полной команды из-за того, что не завоевали квоты – за это очень обидно. Работа была проделана очень слабая в лыжных гонках. Поэтому нужно сделать правильные выводы, – в частности, размышлял руководитель управления физической культуры и спорта Костанайской области Азамат Бегалин.

Ну а в Министерстве культуры и спорта неудовлетворительное состояние с зимними видами спорта связывали с… их непопулярностью из-за повышенного травматизма.

– Одним из отталкивающих факторов является высокая травмоопасность в зимних дисциплинах. Родители просто боятся отдавать своих детей на те же прыжки с трамплина или лыжную акробатику… – рассуждал на очередном совещании один из министерских чиновников того периода.

Не удивительно, что подобное отношение периодически подвигало отечественных спортсменов, в том числе и олимпийских чемпионов, на достаточно резкие высказывания:

– Конечно же, это глупо, однако, у нас есть люди, которые отчитываются за медали, они все это и устраивают. Не лучше ли обращать внимание на детско-юношеский спорт, чтобы меньше потом переживать за результат, потому что если мы построим хорошие базы для молодежи и займем их, то результаты на лучших стартах планеты у нас будут сами по себе. А так сейчас мы крутимся возле этих медалей и радуемся без определённых оснований для гордости… У нас до сих пор в Казахстане нет достаточного количества баз отвечающих просто нормальному стандарту, я уже не говорю про мировой.

Из-за отсутствия баз отсутствует профессиональный подход к развитию олимпийского спорта в Казахстане. Амбиций вроде много, вот только до конца ничего не доводим. Вынуждены потом тратить огромные деньги, чтобы наши ведущие спортсмены могли нормально тренироваться в чужих странах. Это в корне неправильно.

Вторая проблема – дефицит квалифицированных тренеров. Более-менее хорошие специалисты разбегаются, куда-то постоянно уезжают, Казахстан никак не может их удержать. На свободные места приглашает иностранцев, но нужно понимать, что эти люди просто отрабатывают свой контракт. Следовательно, нам нужно развивать собственную тренерскую базу, чтобы она у нас была, чтобы наших детей воспитывали отечественные наставники, доводили до уровня профессионалов в сборную с олимпийскими медалями, если, конечно, такая цель стоит. Подход к зимним видам спорта в Казахстане должен быть другой. Принципиально другой… – говорил на страницах республиканских СМИ олимпийский чемпион Владимир Смирнов еще в феврале 2018 года.

– Когда есть результат? Когда есть конкуренция, тогда есть результат. Я помню времена, когда мы приезжали на чемпионаты мира по юниорам, мы просто выигрывали все подряд. У нас на местном уровне была бешеная конкуренция. Мы выбирали кого, у нас был отбор, чтобы выехать. А сейчас сложилась такая ситуация, что нам брать некого. Если у нас будет больше массовости, если мы будем больше работать на местах, тренеры, которые будут больше работать на местах, чтобы были дети. Чтобы мы могли поехать на чемпионат Казахстана и выступало не пять человек, а выступало 30–40. Будет борьба, будет конкуренция, будет результат, – заявил уже в феврале года нынешнего тренер по лыжным гонкам Иван Спиридониди, проработавший в сборной страны порядка восьми лет.

В общем, сравнивая два высказывания, между которыми разница в четыре года, можно убедиться, что ситуация к лучшему в практическом плане подготовки юниоров изменилась мягко говоря не сильно...

Помимо практики, специалисты жалуются и на недостаток теории.

– Я думаю, что тот опыт, который мы сейчас имеем, его недостаточно для завоевания медали, нужно привлекать науку, – считает главный тренер сборной РК по шорт-треку Мадыгали Карсыбеков.

– Я постоянно поднимаю вопросы о том, что у нас нет своего научно-исследовательского института в области спорта. Это нужно и для массового спорта, и для спорта высших достижений. Данный вопрос стоит – создание НИИ, чтобы спортивная наука в Казахстане работала в помощь нашим тренерам. Сами тренера стараются искать информацию за границей, но будет лучше, если это будет системно, если это будет в Казахстане производиться, – солидаризируется с тренером в этом вопросе директор дирекции спорта НОК Елсияр Канагатов.

Правда, ректор Казахской академии спорта и туризма Кайрат Закирьянов еще пять лет тому назад утверждал, что подобный институт в стране все-таки есть:

– Много лет назад в Казахстане должен был появиться Научно-исследовательский институт спорта, но его так и не открыли. Зато это сделали мы – Казахская академия спорта и туризма. Как акционерное общество создали свой собственный НИИ. Я даже здание дал, выделил деньги на прекрасное оборудование. К нам теперь все участники Олимпийских игр приезжают и тестируются, – рассказывал Кайрат Закирьянов еще в августе 2017 года.

В общем, как бы там ни было, но теперь, похоже, специализированный НИИ будет создан. По крайней мере, в правительстве приняли принципиальное решение о создании научно-исследовательского института по спорту.

Какие-то бюрократические подвижки произошли и в системе развития спортивных секций (с уныло звучащим для обычного уха системой «подушевого финансирования»):

«В целях реализации Закона РК, принятого в конце 2020 года, 27 апреля 2021 года прошли государственную регистрацию четыре нормативно-правовых акта по подушевому финансированию спортивных секций посредством государственного спортивного заказа. Министерством культуры и спорта разработаны проекты приказов, регламентирующих методику расчета, оплаты и размещения спортивного заказа. С 1 мая 2021 года механизм государственного спортивного заказа с участием всех регионов реализован через платформу подушевого финансирования. Новый подход позволит решить проблему дефицита спортивных секций и повысить качество оказываемых услуг за счет привлечения частного сектора. Функции оператора государственного спортивного заказа возложены на местные исполнительные органы. Финансирование будет осуществляться из местного бюджета за счет перераспределения средств», – сообщил в конце прошлого года комитет по спорту Министерства культуры и спорта РК.

Собственно, пока все. Хотя, возможно еще какие-то принципиальные и судьбоносные решения будут приняты по итогам ожидаемого расширенного и углубленного совещания с участием министра Даурена Абаева.

Насколько все это поможет реанимировать зимние виды спорта, спрогнозировать пока еще возможным не представляется. Как и предугадать итоги других важных событий – очередной зимней Олимпиады в Милане 2026 года и… места проведения XXVI зимних Олимпийских игр 2030 года. Ведь согласно многолетней традиции, в числе претендентов на проведение зимней Олимпиады 2030 года значится и наша спортивная держава. Ожидается, что победившая заявка на получение статуса города-организатора будет объявлена либо уже в этом году в ходе 139-й сессии МОК в Пекине или на 140-й сессии МОК, которая состоится в Мумбае в году следующем…

16:05
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Здесь будет ваша реклама
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.